Книги в электронном виде

Мур Шон / Проклятье шамана

которая больно впилась в кожу, но оставляла открытыми глаза и рот. Поэтому он видел, как Кхерет жестом подозвал двух гребцов. - Девир и Матара, спустите эту падаль в трюм да привяжите покрепче к пустому крэйту. И проверьте, чтобы веревка была крепкой: этот киммериец намного опасней, чем кажется. Я видел его истекающим кровью, но тем не менее сражающимся, да с такой яростью, на которую способен лишь тигр, загнанный в клетку. Каждый день вливайте в его глотку по ковшу воды, но кормите только раз в три дня. Потом он повернулся к гребцам. - С этого дня будете по двое стоять на карауле. Я лично проверю каждую смену и, клянусь Сэтом, собственноручно вздерну на рее мерзавца, какового застану спящим. А сейчас, псы, займите скамейки и гните спины, да молите небо,

Мун Элизабет / [Наследие Серрано 5.] Правила игры

ался. Ты, наверное, просто умнее меня. - Стараюсь, - тоже с улыбкой сказала Эсмей. Конечно, это не Барин, но и с ним можно пошутить. Она еще думала о Барине, как вдруг Верикур протянул руку и погладил ее по волосам. Она с трудом удержалась, чтобы не отпрянуть, и спокойно отодвинулась в сторону. - Извини, - сказал он. - Мне показалось, ты будешь не против. Значит, она может нравиться не только Барину... Она совершенно не знала, как на это реагировать. Единственное, что она знала точно, что вот еще один лейтенант нарушил правила этики для офицеров Флота. - Я не.... в настроении, - ответила она. Не могла же она ему рассказать о Барине, да между ними еще ничего такого и не было. - Когда будешь в настроении, дай знать, - сказал Верикур. - Могу

Эддингс Дэвид / Вор и книга демона

потому, что единственное его занятие - работать челюстями. Он ест не переставая с утра до вечера. - Судя по тому, что вы говорите, я полагаю, он может себе это позволить. Подвыпивший человек продолжал возбужденно разглагольствовать о богатстве толстого вождя клана, а Альтал притворился, будто его это сильно интересует, и всякий раз, когда кружка собеседника пустела, заказывал ему и себе еще выпивки. К вечеру парня совсем развезло, а на полу под стулом Альтала образовалась приличная лужа из пролитого медового напитка. После захода солнца в таверне прибавилось народу, и по мере того, как за окном сгущалась тьма, становилось все шумнее. - Не знаю насчет тебя, - мягко проговорил Альтал, - но во мне уже говорит мед. Почему бы нам не выйти на воздух и не пос

Стивенсон Нил / Криптономикон (часть 1.)

лавнее. Лоуренс так и не понял, чего хочет в жизни; ясно, что служить ксилофонистом на военном корабле на Гавайях в мирное время - занятие далеко не худшее. Самое трудное было иногда сидеть или маршировать на страшной жаре да порой сносить фальшивые ноты товарищей. Оставалась куча свободного времени, которое Лоуренс тратил на разработку новых теорем в области теории информации. Они с Аланом и Руди набросали общий план того, что надо доказать или опровергнуть. Он часто думал, что делают Алан и Руди в Англии и Германии, но написать им не мог, поэтому работал сам по себе. Когда он не играл на глокеншпиле и не доказывал теоремы, появлялись бары и танцы. Уотерхауз опробовал свою штучку в действии, подцепил триппер, вылечился* [1940 год был удачен для экспериментов с вене

Смит Мартин Круз / [Аркадий Ренко 2.] Полярная звезда

ю ранку длиной в два сантиметра. Именно такую оставляет нож с белой пластмассовой рукояткой и двадцатисантиметровым обоюдоострым лезвием для потрошения рыбы и резки сети. Плакаты, развешанные по всему судну, предупреждали: "Всегда будьте готовы к внеурочной вахте, носите ножи при себе". Нож Аркадия сейчас валялся в его тумбочке. - Давайте я сделаю, - Вайну отодвинул локтем Аркадия. Слава сказал: - Вы нашли шишку и царапину. Ну и что? - Это нетипичное повреждение даже при падении с высоты. Вайну отшатнулся от стола Аркадий сначала подумал, что он надавил на рану сильнее, чем следовало, так как из отверстия полезла короткая и гладкая серо-розовая кишка. Но она жила независимой жизнью, извергаясь из живота девушки в пузырящемся воротнике из соленой

Симмонс Дэн / [Джо Курц 1.] Неглубокая могила

ульвар. "Хонда" зажгла фары и рванула следом. Глава 7 Проехав мили три, Курц пришел к выводу, что тот, кто сидит за рулем "Хонды", был полным идиотом. Водитель так здорово отставал от него, что Курцу пришлось несколько раз после светофоров и поворотов притормаживать, чтобы дать ему возможность его догнать. Свернув с освещенной магистрали, Курц поехал по проселочной дороге, которую помнил еще по прежним временам. Выплеснувшийся за свои пределы город еще не добрался сюда, и дорога была пустынной. Курц разогнался, и спортивному кабриолету тоже пришлось набрать скорость. Когда расстояние между машинами сократилось до сорока или пятидесяти футов, Курц вдруг резко бросил "Бьюик" на заасфальтированную развилку и со всей силы надавил на тормоз. С него

Седов Борис / [Тамара Астафьева 1.] Пленница

разглядывая трещинки на потолке. Ни единой эмоции, никакого движения. Казалось, что оцепенение, из которого девочка вышла два дня назад, вновь сковало ее, и Светлана Петровна, когда сунулась к ней со словами: - Иди ужинать, а потом прими ванну, - не дождалась ответа. Она подошла вплотную к кровати и наклонилась, с интересом вглядываясь в Тамару. Ни единой эмоции, никакого движения. - Хорошо, ложись спать голодной. Второй раз никто ничего тебе предлагать не намерен, - недовольно пробухтела толстуха и отправилась в соседнюю комнату, где ее муж, словно кот у мышиной норы, терпеливо дежурил у телефона. - Как бы этот крысеныш, и правда, не повредился рассудком, - задумчиво пробормотала она. Дядя Игнат в ответ лишь безразлично пожал плечами. Только что ему почти

Саган Франсуаза / Сигнал к капитуляции

мерить давление. Доктор пропишет витамины, и снова можно будет спокойно прожигать (или просыпать) свою жизнь. Как бы со стороны она услышала собственный сердитый голос: - Шарль... Зачем вы оставили меня с Антуаном? Ей хотелось скандала, драмы, чего угодно, лишь бы взорвать это спокойное отвращение к себе, отделаться от него. Бедный Шарль, ему, как всегда, отдуваться. Ее пристрастие к крайностям вовсе не означает, что кто-то другой должен страдать. Но слово не воробей, оно уже вылетело. Словно копье, оно просвистело через комнату и воткнулось в Шарля, не спеша раздевавшегося в своей спальне. Он чувствовал себя таким измотанным, что на мгновение ему захотелось уклониться от разговора, сказать что-нибудь вроде: "Но я же простужен". Он знал, Люсиль бы не стала упорс

Вудивисс Кэтлин / Пламя и цветок

адумал. Она сразу заметила, в каком невыгодном положении оказалась. Если объятия Уильяма Корта показались ей железными, то этот человек словно весь был сделан из закаленной стали. Упираясь ладонями в его грудь, Хэзер тщетно пыталась высвободиться. От резких движений его рубашка упала с плеч, и теперь его заросшую волосами грудь от груди Хэзер отделяла только тонкая ткань кофточки. Каждый раз от прикосновения его губ у Хэзер перехватывало дыхание, страстные поцелуи жгли ее лицо и грудь. Она ощутила, как незнакомец завел руки ей за спину и легким движением развязал пояс кофточки, снимая ее. Обнаженная грудь Хэзер прижалась к его груди, и, в панике метнувшись прочь, Хэзер на мгновение освободилась. Он разразился гортанным смехом и воспользовался ее бегством, чтобы

Вудивисс Кэтлин / Шанна

аный саквояж и показал Рюарку его содержимое. - Хозяйка прислала одежду. Она просит тебя одеться поаккуратнее, чтобы ты не опозорил ее. Рюарк искоса взглянул на великана и непринужденно рассмеялся: - Ваша хозяйка хочет слишком многого. Питни сделал вид, что не слышал его замечания. Он вынул из жилетного кармана часы: - В нашем распоряжении не больше двух часов. Возвращая часы на место, он исподлобья взглянул на Рюарка. - На случай, если ты что-нибудь замыслишь, - проговорил он, - здесь есть два выхода: один через вот эту дверь, за которой тебя ожидает наша парочка, другой - через это окно. - Он раскрыл створки окна. Они находились на третьем этаже. Внизу угрожающе щерились остроконечные скалы. - Мне стоит лишь дать сигнал, выстрелив из пистолета, как

Соколов Михаил / Бог-император

ого входа, похожего на грот. Лопнув, плиты разошлись. Их облил буквально хлынувший из возникшего проема зеленый свет огромного холла. Вдоль стен и посередине залы, медленно колыхаясь, тянулись к потолку гирлянды светящихся водорослей. Потолок был очень похож на границу воды-воздуха, когда смотришь на нее из глубины. Где-то высоко над ними расплывчато горел диск солнца, пересекаемый золотистыми рыбами-светильниками. Стены объемные экраны - продолжали перспективу подводного царства. И даже ковер - иллюзия песка, растений, кораллов - казался вполне настоящим. Каменные, увитые водорослями ступени вывели спутников к серебристой анфиладе. Подводный мир исчез. Они поднялись еще по одной лестнице, серебро ступеней которой, словно паутина, облагораживали перетекающие в такт

Воронин Дмитрий / [Стражи Границ 1.] Воинство сатаны

а. Где-то в глубине души стал зарождаться гнев, смешиваясь с болью и оттого приобретая особо взрывоопасную форму. - В живых не осталось никого. - Понятно... - Денис... мне же можно называть вас по имени? - Дожидаться ответа она не стала. - Давайте пока не будем об этом. Сначала надо позаботиться о здоровье телесном, потом займемся душевным, хорошо? Она воткнула ампулу с прозрачной жидкостью в инъекционный пистолет и прижала его к бедру Дениса. Легкий щелчок, чуть заметная на общем фоне боль от удара впрыснутой прямо под кожу струи лекарства, горячая волна, начавшая движения от места инъекции вверх и вниз по ноге. - Что за лекарство? - спросил он более для порядка. - Виталии А-три. Двенадцать единиц. Сейчас вы уснете... а когда проснетесь, мы