Книги в электронном виде

Робардс Карен / Сезон охоты на блондинок

й врач. А это, - он положил руку на плечо мальчика, - мой сын Джош. Последовали рукопожатия и обмен несколькими словами. - Папа, можно мне уйти? - нетерпеливо спросил Джош, как только знакомство состоялось. Уэлч мрачно взглянул на сына. - Все стойла вычистил? - Ага. - А кормушки? - Тоже. - Теперь ты знаешь, что будет, если я снова увижу тебя с сигаретой? - Тон и лицо Уэлча были такими грозными и суровыми, что Алекс невольно поежилась. Не хотела бы она быть на месте этого парнишки. - Да, сэр. - Надеюсь. Отведешь Виктори Данса, потом вернешься домой и поможешь Дженни писать доклад. - Джош остолбенел, но только на мгновение. - Папа! - воскликнул он. - Я работал всю неделю как проклятый! Делал все, что ты велел! Честное сл

Робардс Карен / Запретная любовь

хватало еще, чтобы она нашла тебя здесь. Забирайся туда и, ради Бога, не издавай ни звука. - Беспокоитесь о моей репутации, милорд? - ухмыльнулась девушка, но граф ничего не ответил ей. Дождавшись, пока Меган скроется под кроватью, Джастин пересек комнату и уселся в кресло перед камином. Откинувшись на спинку, он разрешил миссис Донован войти. Бросив на хозяина мимолетный взгляд, женщина отвернула одеяло и сунула сковороду между простынями. Судя по ее молчанию, миссис Донован думала, что граф заставил ее ждать за дверью в отместку за недавнее веселье на так называемом дне рождения Меган. Джастин с радостью успокоил бы женщину, если бы не воспитанница, спрятанная под кроватью. Он опасался, что она вдруг выскочит оттуда, как чертенок из табакерки. Взбив

Саган Франсуаза / Немного солнца в холодной воде

ему платок, выдернув его из верхнего кармашка пиджака, светло-синий платок в гранатовую клетку, а рука у него так и дрожит. ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ЛИМОЖ. Глава первая Он лежал на траве и смотрел, как вдали над холмом восходит солнце. Со дня своего приезда сюда он просыпался слишком рано, да и спал плохо, потому что деревенская тишина и покой раздражали его не менее, чем шумная сутолока Парижа. Его сестра, у которой он теперь жил, знала это и втайне обижалась. У нее не было детей, и к младшему своему брату Жилю она относилась как к сыну. И то, что ей не удалось за две недели, по ее выражению, "поставить его на ноги", казалось ей прямым оскорблением Лимузену, чистому воздуху родного края и вообще их семейству. Ей, разумеется, случалось встречать в га

Пулман Филипп / [Салли локхарт 1.] Рубин во мгле

этот враг? Я же ничего не знаю! Скажите хоть ее имя! - Ее зовут миссис Холланд, - прошептал он, открывая скрипучую дверь и оглядывая округу. - Прошу вас, уходите сразу. Вы пришли пешком? Вы молодая, сильная и быстрая - не медлите, идите как можно быстрее прямо в город. Простите меня, простите и - не медлите. Простите. Он едва сдерживал слезы, когда говорил. Она вышла, дверь закрылась. Вряд ли их разговор занял больше десяти минут. Салли взглянула на белую оштукатуренную стену дома: не следят ли за ней откуда-нибудь вражеские глаза? Не медля ни секунды, она пустилась в обратный путь по обсаженной темными деревьями аллее и вышла на тропинку, бегущую вдоль реки. Начался прилив, волны неспешно накатывали на берег. Фотограф куда-то исчез, и все вокруг

Норман Джон / [гор 07.] Пленница гора

ту секунду я его и увидела... На призеркальной тумбочке лежала губная помада, вытащенная из моей сумочки, пока я принимала душ. На поверхности зеркала был нарисован тот же знак - странный и изящный, - который я носила на своем бедре. Я потянулась к телефону. Аппарат молчал. Входная дверь была незаперта, хотя я отлично помнила, что запирала ее. Теперь даже сам замок едва держался на шурупах. Я подбежала к двери и захлопнула ее, прижавшись спиной. Из глаз у меня покатились слезы. Начиналась истерика. Я бросилась к своей одежде и быстро натянула на себя штаны и блузку. Может, у меня еще есть время? Может, они ушли? Или дожидаются снаружи? Я терялась в неизвестности, и это пугало меня больше всего. Я бросилась к сумочке, где у меня были ключи

Норман Джон / [гор 09.] Мародеры гора

нсовод, - дважды видели на заброшенных, гниющих островах. - Он кормился там? - спросил я. - Только в тех топях, - ответил рэнсовод. - Значит, зверь напал только однажды? - уточнил я. - Да, - подтвердил рэнсовод. - Самос? - снова спросил я. - Складывается впечатление, что удар был нанесен совершенно сознательно, - ответил Самос. - Кто еще в топях носит на запястье золотой браслет? - Но почему? - резко выкрикнул я. - Почему? Самос пристально посмотрел на меня. - Значит, мирские дела, - хмуро заметил он, - все-таки еще тебя заботят. - Он же болен! - вскричала Лума. - Ты говоришь странно! Он же ничего не может сделать. Уходи! Я опустил голову. И почувствовал, как сжались мои кулаки. Меня вдруг охватило отчаянное во

Сондерс Эми / Очарованное время

раз читала это... заклинание... И вот я здесь. Это не может происходить на самом деле, но, похоже, реальность перешагнула за порог возможного. Кстати, что там было написано в этом заклинании?" Дорога сворачивала в небольшой лесок, а затем, казалось, резко упиралась в бледное небо. - Ну-ка взгляни, - предложил темноволосый всадник, махнув рукой на открывающийся перед ними вид. - Ты знаешь это место? Ты бывала здесь прежде? У Айви перехватило дыхание - такая красота предстала ее взору. Они находились на самой макушке утеса и смотрели вниз, на зеленую долину, раскинувшуюся у его подножия. Слева от них темнело мрачное море, на которое опускалось белое покрывало тумана. Наконец ярко засветило солнце, прогнав мглу, которая упрямо пряталась в тени за неболь

Свистунов Александр / Рассказы

с вызовом посмотрел ему в глаза. Король был как всегда, сама аккуратность, уверенность и благополучие. - Что-то не так, Григорий Алексеевич? - Что же ты учудил, Владимир Борисыч? - по приятельски поинтересовался Мусинский. - Так ведь все, дорогой мой. - Король ласково улыбнулся. - Магия больше не эквивалент денежной массы. - А что? - Мусинский в изумлении чуть не сел на песок, но его поддержали Шмель с Петровичем. - Совесть, - веско заявил Король. - Не убий, не укради, не обмани... Ты хороший маг, Григорий Алексеевич, ты можешь творить чудеса. Можешь попытаться обмануть себя, убеждая, что творишь добро для людей, а то, что при этом хорошенько нажился, так это вовсе и не твоя вина. Но если суть твоего ч

Сойер Мерил / Бывший любовник

гордился собой - до того как встретил Алису. Теперь же он знал по опыту, что места себе не найдет, пока не выяснит, в чем дело. - Есть что-нибудь от Санчеса? - Да, его отчет передо мной. Хочешь, чтобы я прочел? - Просто скажи о главном. - Будет лучше, если ты узнаешь всю историю. Значит, все-таки дело нечисто! - Я слушаю. - Алиса Росси - троюродная сестра Феб Дюваль. - Я так и знал! - Что ты имеешь в виду? - удивился Трой. Джейк рассказал ему о встрече с Алисой и ее необыкновенном сходстве с Феб Дюваль. - Очень странно, - заметил Трои. Джентльмен до мозга костей. Он никогда не позволил бы себе отрицательного замечания в адрес Клая Дюваля. - Родители Алисы разбились в самолете, - продолжал Шевалье. - И ее взяли в се

Сойер Мерил / Любовь, соблазны и грехи

ними губами и уставилась на губы помощницы. Мутси Маккалистер? Дьявол! Надо же, чтобы единственную картину Клайва купило именно это чучело, известное полным отсутствием вкуса! Виола посмотрела на свои часы "Пиаже". Стрелки на усеянном бриллиантами циферблате показывали, что до конца приема остается меньше часа. Может быть, кто-нибудь еще успеет что-то купить? Виола знала, что Ти Джи Гриффит никогда не появляется на людях после того, как его изуродовало взрывом. Брать картины на консигнацию он поручает Райану Уэсткотту, своему доверенному лицу. Если Райан возьмет с выставки хотя бы одну работу - пусть даже потом она вернется назад, - это станет их спасением. Все решат, что Гриффит заинтересовался Клайвом. Быстрее бы вернулся официант с бутылкой джина! Внезапн

Сойер Мерил / Поцелуй в темноте

не смогла признаться в поцелуе в темноте. Она не сумела бы объяснить, как это вышло, хотя провела почти весь уик-энд в раздумьях о своей неосмотрительности. Шаги в коридоре... Пока она целовалась с Митчем, кто-то проходил мимо двери. Вдруг этот "кто-то" видел их? Слава Богу, что это был не Брент. Ему бы она ни за что не сумела объяснить того, чего не могла объяснить даже себе. - Итак, - закончила она с деланной бравадой, - я посвящаю неделю изучению положения бездомных, готовясь к встрече с Митчем перед телекамерой. - Только не нападай на него, - предупредила Вал. - Пока ты жила в Риме, по телевидению показали один его судебный процесс. Это не человек, а акула. Он уничтожил всех свидетелей обвинения. - Мне не надо напоминать, каков он в зале суда.

Литвинова Анна,Литвинов Сергей. / Рецепт идеальной мечты

ршенно верно, - любезно подтвердил Полуянов, поклонившись заведующей. - И я хотел бы попросить у вас, милая Дарья Михайловна: можно мне похитить у вас Надю? На полчасика. Заведующую, несмотря на ее строгий тон, тронул любезный красавчик. Однако она, очевидно уже пасуя перед обаянием журналиста, все-таки пробормотала: - Все комментарии - у директора библиотеки. - Был я уже у вашего директора, - весело откликнулся Полуянов. - Все мне ваш Михал Юрьич рассказал. И повидаться с Митрофановой позволил. - Ну, если разрешил Михаил Юрьевич... - пробормотала заведующая. И, демонстрируя, что она здесь тоже далеко не последний человек, приказала: - Идите, Надежда. - Я ненадолго, - выскочила из-за стойки Надя. * * * Буфет располагался в полуподва