Книги в электронном виде

О'Грейди Лесли / Сапфир и шелк

мый вдовий дом. Особняк стоял на другом конце громадного парка, составлявшего гордость имения. Только в последний год Николас почувствовал себя полноправным хозяином - когда прекратилось вмешательство бабушки в его жизнь. Поступаться своей свободой он не желал. - Это не поможет, кузен, - ответил он. - Ты знаешь, что мы с бабушкой не ладим. К чему же тогда жить под одной крышей? Она будет пытаться управлять моей жизнью, как и жизнью любого, кто окажется рядом. И кроме того, она постоянно расстраивала мать. Нет, Уэсли, я выполнил долг перед бабушкой. Ее дом удобен, есть прислуга, и денег ей вполне хватает. Я слежу за тем, чтобы у нее было все, что она хочет. Единственное, чего я прошу взамен, это оставить меня в покое. - О, я не хотел сказать, что ты каким-то образом

Ринго Джон / [Наследие Аллденаты 3.] Когда дьявол пляшет

но существовать лучшее решение, чем распылить их. Так родились Десять Тысяч. Большинство из Шести Сотен повысили в звании и использовали в качестве ядра будущей силы, которую затем вооружили переделанным трофейным оружием послинов. После завершения формирования в руках командующего Наземными Силами оказалась быстрая, тяжеловооруженная и в высшей степени элитная часть. Но она не штурмовала кишащие толпы послинов: такое могли пережить только ББС. - Майор, - сказал генерал Хорнер. Использование звания О'Нила послужило тому единственным упреком в медлительности. - Джек? - отозвался О'Нил. Хорнер холодно улыбнулся. ББС не являлись американским подразделением; они принадлежали Ударным Силам Флота, составной части Вооруженных Сил Галактической Федерации. След

Роджерс Розмари / Темные огни

авда? Так вот, обещаю вам: как только знатный русский гость покинет наш лагерь, я уж постараюсь, чтобы пути Эстебана и капитана Хоскинса никогда не пересекались. "Все это, конечно, хорошо, - думала Джинни, - но сможет ли генерал в чем- нибудь убедить Стива? Поверит ли Стив, что у меня с Карлом ничего не было и я вовсе не поощряла его ухаживаний?" Джинни решила покинуть опостылевшую пустую комнату и перебраться поближе к фургонам и повозкам, где зазывно мерцали огоньки походных кухонь. Здесь в старой походной одежде, повязав голову платком, она, как в прежние времена, посидит с женщинами, поговорит с ними о войне, о мужчинах, о детишках. По обыкновению женщины начнут спрашивать ее о том, когда она сама заведет ребенка. Ведь она замужем, и когда же рожать,

Валё Пер / Стальной прыжок

десь вы не можете мне приказывать. - Мы знаем. И все-таки мы это делаем. Вы попытаетесь как можно быстрее оценить обстановку и сообщите нам результаты. - Каким образом? - В этой стране у нас есть определенные контакты. Официально она для нас не существует, поэтому мы не нуждаемся в соблюдении дипломатического протокола. Вертолет доставит вас в любое место по вашему выбору, затем вернется в заранее условленное время и заберет вас. Вы вернетесь сюда. Вам разрешается отсутствовать не более трех суток, в крайнем случае вы должны прислать сообщение до истечения этого срока, иначе... - Договаривайте. - ...иначе нам придется прибегнуть к другим мерам. - Каким именно? Собеседники о чем-то зашептались за спиной Йенсена. Но он не обернулся, ожидая ответа. Через нес

Сандему Маргит / [Люди Льда 29.] Любовь люцифера

тый в чистое, надушенный и выпивший перед едой несколько кружек пива, ре­шил позволить себе небольшое приключение. И он долго колебался между Сагой и молодой жен­щиной с ребенком. Девочка давно уже отправилась спать, так что за столом теперь сидели четверо: молодая пара, коробейник и Сага. За столом в углу Сага увидела темноволосо­го странника, так похожего на ее отца, а еще больше - на нее саму. Она гадала, как он доб­рался сюда. Наверняка его подвез кто-то. Врач, отстраненный от своей профессии? Или были другие причины его странствий по дорогам? Саге казалось, что на не имеет права судить о человеке по его внешности. Но все же он вызывал у нее интерес. Она лишь изредка бросала взгляд в его сторону, но от нее не укрылось, что он неотрывно смотрит на нее. "Он

Сандему Маргит / [Люди Льда 30.] Чудовище

ь такой закон, который... Не закончив предложения, он направился даль­ше. Взгляд диакониссы стал очень строгим, пото­му что она хорошо понимала, что имел в виду док­тор. В ее обязанности входило присматривать за этим бедным мужчиной. За женщиной тоже, но та была не в своем уме, и ее можно было поместить в соот­ветствующее заведение. Куда хуже было с этим красивым мужчиной... Снова голоса! Он давно уже слышал голоса, но был не в состо­янии ответить. Иногда ему казалось, что он отвеча­ет, но с губ его не срывалось ни звука. Он чувство­вал себя таким усталым, таким усталым, ему хотелось только спать. Эти люди, иногда приходившие, чтобы засунуть ему что-то в рот... Он злился на них, но ничего не мог поделать. Его рот заполнялся какой-то жид­кой кашей, и он вынужд

Симпсон Патриция / Полуночный шепот

ыл пучок лазеров. Марк, широко улыбаясь, возник в виде голограммы. - Марк, подайся назад, чтобы я могла видеть тебя всего. Сейчас я не вижу твою руку. - А теперь? - Марк отступил назад. - Еще немного. - Она махнула ему рукой. - Еще чуть-чуть. Вдруг Марк споткнулся, его нога зацепилась за провод, и он упал на пол. Изображение исчезло. Не выключая фотоаппарат, Джейми взглянула на брата. - С тобой все в порядке? - Да. Проклятые провода! Когда он поднялся на ноги, то источники света замигали и компьютер загудел так громко, что Джейми поспешила к нему. Монитор издавал свистящий звук, а экран становился то голубым, то черным. Марк уже был рядом. - Господи, что я натворил? Это, должно быть, резкое увеличение напряжения. Неожиданно какое-то дв

Смит Бобби / Лестное предложение

от любопытства. Чтобы молодой человек с университетским образованием, перед которым были открыты все дороги, остался в прерии, единственными обитателями которой были чахлые кактусы да краснокожие? Тут кроется какая-то загадка... На мгновение он замялся: - Сам не понимаю. Пару лет назад был тут проездом, когда направлялся в Калифорнию, вот и остался. Что-то, что сильнее меня, держит тут. - Но здесь такая суровая, неприветливая земля... - Это верно. Добавьте еще, смертельно опасная. Но в ней есть свое очарование. - Вы счастливы? И ни о чем не жалеете? - Мне нравится мысль о том, что я часть чего-то нового и неизведанного. Наш Финикс - крохотный городишко, но я предсказываю ему большое будущее. - А как же краснокожие? Ведь зд

Стоун Кэтрин / Исцеление любовью

парату и нажала на кнопку первой цифры. - Итак... Снова рука Патрика остановила ее. Скорее это была одна белая кость или ледышка. Но, коснувшись теплого локтя Кэтлин, она не растаяла, а осторожно взяла у той телефонную трубку и положила на место. - Вот так, - эхом ответил Патрик. - Между восемью и девятью часами я сам позвоню Стивену. И он сделает мне биопсию костного мозга. Сегодня, завтра утром или в любое другое время, когда ему будет удобно. А ты садись-ка на самолет и лети. Не задерживайся больше, иначе опоздаешь на теплоход. - Я никуда не поеду! - Поедешь. Мы же договорились. Рука живого скелета отмахнулась от готового сорваться с языка Кэтлин протеста. Она хотела было напомнить, что никогда не соглашалась ехать сразу же, ка

Соболева Лариса / БУДЕТ НОЧЬ - ОНА ВЕРНЕТСЯ

. - Неплохой бизнес. А мой что-то с инвестициями делает, я не вдавалась в подробности, - зевнула Лика. - От меня он без ума, бабки дает, что еще нужно? А где он их берет, меня это не касается. Ой, всю ночь не спала.., освежиться в море, что ли? Должна сказать, Кристина, у нас отличные мужья, нам их беречь надо. Сколько женщин вокруг красивее нас? А повезло нам. Но я намерена всех этих мальчиков-волейболистов... - Что ж, принимаю вызов, - в знак шутливой клятвы Кристина показала ладонь Лике. - Клянусь, что сегодня же затащу в постель... - Ой, девочки! - упала в шезлонг Люба. - Устала. Люба приехала вчера, но о ней уже много известно. Ей двадцать девять лет, не замужем, работает в НИИ. Красавицей ее не назовешь, но хорошенькой - да, правда, ростом

Успенский Лев / Шальмугоровое яблоко

вязки... На щиколотке его, в пяти или семи сантиметрах повыше голеностопного сустава, розовел большой, в старинный пятак, шрам - след давно зажившей серьезной раны. Пятиконечный, звездообразный шрам... Несколько минут Андрей Коноплев, бессильно уронив руки с подлокотников кресла, сидел и пусто смотрел перед собою. Подбородок его слегка дрожал. "Я должен знать, что такое шальмугра! Я!! Почему я? Вот... Спрашивается: почему именно я?!" ГЛАВА IV ОТ ВЕЛИКОГО... ДО СМЕШНОГО На этот раз он уже твердо остерегался что-либо рассказывать кому бы то ни было, даже Марусе... Марусе, может быть, тверже, чем кому-нибудь другому. Только вечером, раздеваясь перед сном, он вдруг 'Сделал вид, что случайно обратил внимание на этот свой старый шрам. - Экая у меня все-

Тихомиров Валерий, Гуреев Сергей / Легенда о якутсе, или незолотой теленок

продолжал равнодушно разглядывать ближайшие сопки. - Денег-то хватит? Режиссер до полета был похож на энергичного колобка. После - на спущенный мячик. Услышав вопрос, измученный романтикой дальних странствий немолодой человек подумал. Ему было трудно, но он смог. Мысль вышла мутной, хотя общий смысл угадывался без труда: "Во, б.., Ходорович! Все у него, как, б.., у Исаака..." Остальная бригада не подумала ничего. Ассистента с оператором отрешенно рвало на шасси. А желчный и злобный репортер "за бесплатно" не думал из принципа. Озвучивание мыслительного процесса из-за судорог в желудке протекало мучительно. Режиссер прокашлялся, осмотрелся и, не увидав ничего, кроме черно-белой тундры, выдавил: - А какие еще есть предложения? - Может, лучше к мэру? К н