Книги в электронном виде

Вейр Тереза / Игрушка богатого человека

тогда Харли. Он даже не знал, кто стоит перед ним. Этот тип мог оказаться сутенером или уличным толкачом наркотиков. Да мало ли? Черт, он мог бы оказаться даже убийцей! Уголовником, отсидевшим срок и только что вышедшим на свободу. А у Харли не было денег на зарплату секретарше, не говоря уж о... о... Он понятия не имел, какую работу предложить этому парню. - Работы? - недоверчиво переспросил Нэш. - Какой работы? Я "дурью" не торгую. Девочками тоже. До чего же приятно было это услышать! Вот только правда ли это? - Будешь работать на меня. - Харли прижал руку с растопыренными пальцами к сердцу. - Я молодой предприниматель. Нэш запрокинул голову и расхохотался, а у Харли от стыда запылали лицо и уши. "Молодой предприниматель". Как он мог сморозить такую

Александрова Наталья / Забор из волшебных палочек

нилось, я точно не помню. Так вот, они выбегали в общий зал потанцевать, а эти штуки, - он потряс домиком, - нарочно придумали, они друг другу записки писали и в них вкладывали. - Записки? - Лола необычайно оживилась. - Любовные? Это интересно... Она молниеносно выхватила у Лени домик и распотрошила его, как Перришон расклевывает орехи - быстро и качественно. В руках у Лолы оказался сложенный листочек, вырванный из записной книжки. Лола развернула его и прочла вслух с выражением, как ребенок, читающий стихи на празднике: - "Леонид! Я не могу подойти к Вам открыто, это чревато неприятными последствиями. Мне необходимо встретиться с Вами как можно скорее. Будьте завтра в полдень у памятника Пржевальскому, я вас сам найду. Олег". - Что за черт

Арсеньева Елена / Короля играет свита

и боялся ее. Ему показалось, что сверкающий кристалл Мальтийского рыцарства создаст вокруг него необходимый круг света, в котором можно будет скрыться от всех тех ужасов, подозрений, разрывающего честолюбия - от всего, что терзало чувствительную и в то же время сухую душу Павла. Именно поэтому, учредив еще в 1776 году известный Инвалидный дом для русских матросов, великий князь посвятил его ордену и велел поместить на фронтоне здания восьмиконечный мальтийский крест, который казался ему похожим на звезду небесную. Менее романтические натуры усматривали в нем сходство с пауком. Екатерина, женщина трезвомыслящая, отнюдь не была так уж увлечена мальтийскими рыцарями, как прежде, во времена дружбы с Роганом. Последнее разочарование вызвал у нее блестящий Юлий Л

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Лукавая жизнь (НАДЕЖДА ПЛЕВИЦКАЯ)

То молодой человек, бывший студент и прапорщик, недурной стихотворец и начинающий прозаик, вдруг восклицал в приступе патологической откровенности: - За сто тысяч убью кого угодно. Я хочу хорошо есть, хочу иметь хорошую шляпу, отличные ботинки... Легко осуждать его, этого молодого циника. Но никто не знает, как бы кто поступил, когда нечего есть. До того нечего, что даже поганый гороховый хлеб, поев которого люди кричат от колик, перестали выдавать по карточкам! Тогда одесские евреи, узнав, что на Киев идет атаман Зеленый под лозунгом "Бей жидов и коммунистов, за веру и Отечество!", жарко шептались: - Я сам, так сказать, жид, но пусть хоть дьявол придет, только бы этих вымели! И хоть говорили, что черт просто мальчишка и щенок по сравнению с красны

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Возвращение в никуда (НИНА КРИВОШ

ось много русских дам. Дежурный офицер был к ним добр, принял и передачи, и записки, и даже ответы вынес... "Что за идиллия?" - недоумевала Нина. Оказывается, оккупанты быстро поняли, что сделали грубую ошибку, арестовав ни за что ни про что самых видных эмигрантов. Но как бы погрозили всем русским парижанам пальцем: "Ведите себя хорошо, а то ведь мы вас всех вывезем в Германию, и дело с концом, а там уж лагерь будет похуже!" Из тысячи человек, арестованных 22 июня 1941 года, многие были освобождены через два-три месяца, остальные - через полгода. Угрозы бывшим узникам "впрок" не пошли. Как будто этот внезапный арест расставил все точки над "i", как будто подсказал им, что надо делать... Не всем, конечно. Однако Игорь Александрович Кривошеий решил: он должен как

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Девушка с аккордеоном (КНЯЖНА МАР

Она немедленно ответила, встревоженная прощальными интонациями, которые звучали в его письме. Оказывается, Адам собирался в Швецию. Потеряв надежду подучить от западных союзников заверения, которых так долго добивались заговорщики-антинацисты, он собирался связаться с советским послом Александрой Коллонтай. Однако в последний момент отказался от этого плана, поскольку были основания подозревать, что в советское посольство в Стокгольме внедрились немецкие агенты. "Позже у меня с Адамом был долгий разговор, - записывает Мисси 19 июля 1944 года. - Он выглядит очень бледным и усталым, но, судя по всему, рад меня видеть.... Дело в том, что.., существует фундаментальная разница во взглядах: не будучи немкой, я заинтересована только в уничтожении Сатаны. Я ни

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Последнее танго в одессе (ВЕРА ХО

ищала, трогала, но рыдали зрители о другой судьбе, запоминали другую красавицу, которая не играла, а жила на экране, открыв преображение своей души, про шедшей путь от полудетской невинности к упоению тайным грехом... И еще отражались в зеркале Аня Поспелова ("Лунная красавица") с роковой страстью к автогонкам; светская красавица Галина из "Огненного дьявола"; актриса-колдунья Лия Ванда ("В мире должна царить красота")... Демоническая обольстительница Лия завораживала зрителей одним своим появлением - совершенно то же делала теперь и Вера Холодная! С нею снимались актеры, каждый из которых был явлением в мире кинематографии и стал затем легендой синема: Полонский, Рунич, Мозжухин. Однако эти герои девичьих (а также дамских) грешных снов, эти "сокрушители мещан

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Танец на зеркале (ТАМАРА КАРСАВИН

спитывал и формировал мои вкусы и взгляды - и все это без показных нравоучений, проповедей или философских речей. Несколько слов, брошенных им как бы мимоходом, словно луч света, вырывали из мрака ясный образ или новую концепцию. Именно эти беспорядочные и случайные уроки и подходили больше всего моему образу мышления: рассуждения и логика не оказывали на меня никакого воздействия - чем больше я рассуждала, тем бледнее становился образ, который я старалась раскрыть. Мое воображение разыгрывалось от легкого прикосновения к невидимой пружине, таящейся где-то в глубине души. Дягилев мог с удивительной мягкостью привести эту пружину в действие, чего я, увы, не умела делать: мой жизненный опыт был весьма незначителен, и трагические мотивы, содержащиеся в большинстве роле

Арсеньева Елена / [ИСТОРИЧЕСКИЕ НОВЕЛЛЫ О ЛЮБВИ] Тайна лебедя (АННА ПАВЛОВА )

признания Анны Павловой. Тот самый "чиновник при дирекции Императорских театров Дягилев", некогда уволенный за ненужные новации, теперь собирался устроить в Париже "Русские балетные сезоны". Фокин жаждал танцевать у него и уговорил попытаться попробовать Павлову. Возможность выступать в труппе Сергея Дягилева в Париже была для нее своего рода реваншем за отлучение от императорской сцены, а для Дягилева участие Анны Павловой в его антрепризе означало гарантию успеха: слух о ее таланте, об успехе гастролей шел по Европе. Неудивительно, что он решил поместить в театре "Шатле" на афишу своего первого "Русского сезона" в 1909 году рисунок Валентина Серова с изображением Павловой в "Сильфидах", из которых потом родилась знаменитая "Шопениана" в постановке Фокина. С Па

БРИСТОЛ Ли / Нежный ангел

лись в христианской миссии в пригороде Санта-Фе? Это застало ее врасплох. Нож дрогнул в ее руке, и он заметил это. - После того как миссия сгорела, вас отправили в сиротский приют в Уичито, где вас удочерила семья по фамилии Грегор, и... - Кто рассказал вам все это? - оборвала она его хриплым голосом. Нож чуть не выпал из ее пальцев. - Кто вы такой, черт возьми? Он опустил руки. - Меня зовут Адам Вуд, - ответил он просто. - Ваша мать послала меня разыскать вас. У Энджел закружилась голова. Ее мать. Ей было шесть лет, когда она впервые узнала, что у детей бывают матери. Потом всякий раз, когда она слышала слово "мама", перед ней вставал смешанный образ Девы Марии и матери-настоятельницы. Мама. Это слово ничего для нее не значило. Конеч

Бэлоу Мэри / Надменная красавица

хне она говорила жене хозяина гостиницы, что у ее хозяйки болит голова и всего лишь час назад она дала ей выпить настойку опия. - Не знала, что и делать, совсем не знала, бедняжка, возлюби ее Господь, - говорила горничная. - Никогда не хотела пить лекарства, никогда. А сегодня вечером даже не смогла отказаться. Тяжелый, утомительный был для нее день. - Она смущенно взглянула в сторону маркиза. Жаль, подумал лорд Кенвуд, поднимаясь следом за горничной по лестнице. Если бы леди спустилась вниз пообедать, это бы немного скрасило вечер. Было бы приятно смотреть, как она краснеет, глядя на него, при воспоминании, в каком положении он ее видел. И еще ему хотелось получше рассмотреть ее лицо. Днем он слишком заинтересовался ее ногами и успел лишь заметить, что она хоро

Осборн Мэгги / Рыжая невеста

артачится, веревка разорвется и другие мулы не сорвутся вниз. - Черта с два! - сердито бросила Фокс. Не спрашивая разрешения, она развязала один конец брезента, которым был накрыт груз, и уставилась на то, что было под ним. Целую минуту она хмуро разглядывала мешки, соображая, что она, собственно, хочет увидеть, и наконец сказала: - О Господи! Да это мешки с деньгами! Боже правый! Ханратти двинулся с места, но Таннер его остановил. Он знал, что рано или поздно Фокс все равно узнает, какой груз он перевозит. - Это золотые монеты, - тихо промолвил Таннер, привязывая мула к короткой связке. Фокс оглянулась на остальных и подошла совсем близко к Таннеру. - Вы что, их украли? - спросила она яростным шепотом. Вопрос его обидел. - Это мои деньги.