Книги в электронном виде

Баркер Клайв / Племя тьмы

м? - послышался другой голос. У Буни бешено заколотилось сердце, когда он понял, что говорят с того места, где стоит сейчас раненый зверь. И значит, это произнес он. - Мой друг задал тебе вопрос, - сказали ему в самое ухо. - Отвечай! Буни, еще окончательно не придя в себя после нападения, напряженно всматривался в темноту и, разглядев того, кто стоял там, не поверил своим глазам. Голова существа начала менять форму. Глазные впадины, ноздри, рот стали медленно всасывать в себя звериную морду. Страх мгновенно исчез. Радостное возбуждение охватило Буни. Значит, Нарцисс не лгал! Вот оно, подтверждение его слов. - Я пришел сюда, чтобы быть с вами, - сказал он, - потому что я такой же, как вы. Сзади раздался негромкий смешок. - Как он выглядит, Пелоквин?

Чейз Джеймс / Опасные игры

ильнул. У Гарни задрожали руки. - Не в моих принципах впутываться в мокрое дело, - сказал Ник. Диллон неожиданно выключил зажигание. Мотор поперхнулся и замолк. Гарни автоматически нажал на тормоз. - Ты чего? - нервно спросил он. Диллон сдвинул шляпу на затылок, в упор глядя на Гарни. - Слушай, - прошипел он, - хочу, чтобы ты понял раз и навсегда: с этой минуты приказываю я. Тебе остается лишь подчиняться. Мы будем грести деньги, и никто не будет нам помехой. Ну, а если кто и станет поперек дороги, то тем хуже для него. Вскоре город будет мой. Или ты входишь со мной в долю, или гуляешь сам по себе. Но не исключено, что в таком случае как-нибудь темной ночью схлопочешь пулю. Ты слишком много знаешь. Все понял? Батч со мной заодно, так что образумься. Гарн

Чейз Джеймс / Ты будешь одинок в своей могиле

чень расстроен. - И он вернулся за стойку, откуда продолжал наблюдать за нами, время от времени качая головой. - Ты проверишь все, что делала Дана, - говорю я Бенни, поворачиваясь спиной к Финнегану, чтобы не видеть его. - До момента ее смерти. Попробуй перекинуться словом с портье в "Звезде", но ни единого слова об Аните Серф. Может, портье ее видел. Ты имеешь представление, как Дана была одета? - Я просматривал ее одежду, - отвечает Бенни с полным ртом. - Юбка с болеро, которую она всегда носила, отсутствует. Вероятно, она и была на ней надета. Керман налил себе кофе и подвинул кофейник ко мне. - Что ты сделал с бриллиантами? - спросил он. - Положил пока в сейф бюро. Я собираюсь воспользоваться ожерельем, чтобы заставить Серфа заговорить. - А мне что

Чейз Джеймс / В зыбкой тени

ойти дом. - Прогуляться? Почему вы хотите прогуляться вокруг дома? - Но ведь я ваш телохранитель. Никогда не помешает лишняя предосторожность. Его маленькие глазки раскрылись пошире. - Вы думаете, мне и здесь опасно находиться? - Понятия не имею, - я закурил сигарету, стряхивая пепел в камин. - Я не знаю, подвергаетесь ли вы опасности вообще, но с того момента, как вы начали оплачивать мои услуги, не хочу рисковать. Вашим здоровьем. Этот довод ему понравился. - Тогда, действительно, проверьте. На кухне есть мощный электрический фонарик. Может быть, когда вы вернетесь, мы сыграем еще одну партию в шахматы? - Нет, я сразу же отправлюсь в постель. Сегодня у меня игра что-то не идет. - Хорошо. Ложитесь спать. Вы читаете в постели? - Нет, не читаю.

Чейз Джеймс / Лечение шоком

рвый раз мне ответила Мария, толстая мексиканка, горничная Хильды, и я повесил трубку, второй раз ответил Делани, и я снова повесил трубку, третий раз ответила Хильда, и на сей раз повесила трубку она. Не выдержав, я поехал к ее дому и, как вор, ходил в темноте по саду. И когда я увидел ее силуэт в окне спальни, мне показалось, что сейчас у меня остановится сердце. На пятые сутки мне повезло. Я поехал в Глин-Кэмп и встретился с шерифом Джефферсоном. Хильда шла нам навстречу и, сделав приветственный жест рукой, с улыбкой прошла мимо. В элегантном летнем платье, она показалась мне обворожительной и еще более желанной, чем когда-либо. На пятый же день я вытащил из шкафа бутылку виски и начал пить. Я всегда пил очень мало, и виски подействовало на меня, как уд

Чейз Джеймс / Легко приходят - легко уходят

собираетесь помочь? - Через час сюда приедет машина за дынями. Ее водит Вильямс. Парень приезжает каждый день и обедает. Пока он ест, вы сможете спрятаться в кузове машины. Вильямс едет на оклендский базар. Обычно он ставит грузовик на рыночной площади и идет за деньгами, а вы в это время ускользнете. Так все и случилось. Девушка дала мне на дорогу пять долларов - все деньги, что у нее были. Она также дала мне две пачки сигарет и предупредила, что у меня в запасе всего несколько часов. Когда брат вернется и обнаружит, что его одежда исчезла, ей придется сказать ему правду. Мне нужно побыстрее уехать из Окленда, но я могу не беспокоиться, по крайней мере, до 7-8 вечера. Раньше ее отец и брат не возвращаются. Я хотел поблагодарить свою спасительницу, но она не при

Чейз Джеймс / Гроб из гонконга

ной мебелью. Оттуда мы попали в небольшую комнату со столом, заваленным журналами. Она чем-то напоминала приемную врача. Дворецкий указал мне на одно из кресел и вышел. Минут через десять в комнату вошла молодая женщина лет двадцати восьми - тридцати. У нее были серо-голубые глаза, темные волосы. Ее нельзя было назвать красавицей, но выглядела она привлекательно. Темно-синее платье со строгим вырезом элегантно облегало ее фигуру. - Простите, что заставила вас ждать, мистер Райан, - сказала она. - Мистер Джефферсон готов вас принять. - Вы его секретарь? - спросил я, узнав этот чистый голос. - Да. Меня зовут Джейн Уэст. Я провожу вас. Мы прошли еще одну комнату, побольше, с множеством книг на полках. Двойные двери вели в сад, где цвели розы. Там в тени деревьев

Чейз Джеймс / Ясным летним утром

нело. Моэ давно забыл молитвы, но добросовестно пытался вспомнить хотя бы одну. Он повторял и повторял, как заведенный: - Святой Иисус, позаботься о моей матери. Заботься о ней: будь с ней все время рядом. Я надеюсь на тебя. Когда радиоприемник этажом ниже вновь начал изрыгать бешеный джаз, он вышел из квартиры и, перейдя улицу, позвонил в госпиталь из будки телефона- автомата. Женский голос сказал, что его матери до сих пор плохо. "Врач? Нет, уже поздний час, и врача в настоящий момент нет". Остаток вечера Моэ провел в баре. Он выпил две бутылки кьянти и, когда наконец вернулся домой, был уже прилично пьян. Глава 3 В четверг утром Крамер завтракал, с аппетитом поедая яичницу с ветчиной; Элен, которая никогда не завтракала, делала ему кофе. Краме

Баркер Клайв / Имаджика

, и их страстность во много раз превзошла ее сны. И только позже, когда она уже влюбилась в него без памяти и здравый смысл уже никак не мог повлиять на ее чувства, ей многое стало известно о нем. У него была такая репутация соблазнителя, что даже если предположить, что она на девяносто процентов вымышлена, все равно ее следовало бы признать выдающейся. В каком бы кругу она ни упоминала его имя и сколь бы ни был этот круг пресыщен сплетнями, у кого-нибудь обязательно находилась о нем очередная лакомая история. Его даже называли по-разному. Кто называл его Фьюри, кто - Зах, Захо или мистер Зи, другие называли его Милягой (под этим прозвищем знала его и она), а некоторые - Божественным Джоном. Этих имен хватило бы на полдюжины жизней. Она была не настолько слепо влюбл

Олден Марк / Манни деккер Женщины для развлечений

тянула на стул рядом со своим. Ей было лет тридцать пять, но эта маленькая черноволосая женщина выглядела старше. На ней был изящный чёрный костюм и белые беговые туфли - Деккер видел в этом нечто вроде униформы деловых женщин на Манхэттене. Униформу эту он не любил, считал отвратительной, как домашний суп. Последний раз он видел Гэйл Да-Силва холодным апрельским днём в Художественном музее, где столкнулся с ней и её муженьком на выставке Ван Гога. Она вышла за Макса Да-Силву, пухленького бухгалтера, который, кроме того, ещё владел компанией "Джаз-пластинка - почтой". Деккеру он запомнился как человек, довольный собой и недовольный всеми остальными. Рассказывая по телефону об исчезновении Тоуни, Гэйл упомянула и о переменах, происходящих в её жизни. Незадолго до и

Ковалев Анатолий / Гильотина в подарок

лая картотека киллеров. Наших и зарубежных. Сам хвастался. Музыка вдруг прервалась, и он услышал знакомое приветствие: — Антоша — враг дебоша! Здорово, Чехонте! Как животик? — Животик у меня в норме, Костян, а вот с головой... — Что такое? — Ты скоро освободишься? — Я уже свободен. Полежаев только начал рассказывать о пропавшем журналисте, как Еремин его перебил: — Не лез бы ты в эти дела, Антоша. — Ты думаешь, дело настолько серьезно? — Я слышал об этом Шведенко. — Еремин тяжело вздохнул в трубку и продолжил: — Он здорово насолил одному дяденьке. — Ты со мной разговариваешь, как с воспитанником детского сада! — возмутился Антон. — Борщ он ему, что ли, пе

Каплан Виталий; Соколов Алексей / Полоса невезения

го же унылого мрамора. Скамеечка вырастала прямо из пола. Словно аппендикс необъятного чудовища. Холодная и неуютная. Впрочем, я не слишком долго изучал окрестности. Минута-другая - и возникла Музыка. Из неоткуда, из плотного, пружинящего воздуха. Сперва я даже не понял, что случилось - но вздрогнуло пустое пространство, поплыли мраморные стены, и тягучая, грустная мелодия заполнила все. Низкая, на пределе слышимости, она тем не менее заглушила все прочие звуки - и размеренный стук метронома, и дыхание людей в ультрамарине, и бешеные скачки моего собственного сердца. Сразу потеряли значение и страхи, и надежды, и назойливая пляска мыслей, и перечеркнутое прошлое, и зависшее в воздухе будущее. Невыразимо печальная музыка утешала неведомое горе, растворяла бесполе