Книги в электронном виде

ХОЛЛИДЕЙ Сильвия / Как утреннее солнце

яла к двери, принесла кувшин и поставила на ночной столик. - Вот теплая вода, можете умыться. - И подала тазик и полотенце. От сознания, что мужчина беспрестанно наблюдает за ней, движения ее стали еще более неловкими, чем всегда. Скорее бы уйти отсюда. - Я вас оставляю. Можете умываться. Морщась от боли, он приподнялся на кровати. Келли едва не рассмеялась, глядя, как Джейс пытается сесть и в то же время прикрыться одеялом. Неловкие, суетливые движения, смущенный смешок. В конце концов, он откинулся на подушку с тяжелым вздохом. - Ах ты, черт! Не могу. Миссис Саутгейт... не могли бы вы... Я позволю себе еще раз воспользоваться вашей добротой и попрошу вас умыть мне лицо. Она вся вспыхнула при одной мысли об этом. Однако через секун

ХЭНДЛЕНД Лори / Пожар любви

но пыталась заметить у него какие-нибудь признаки жизни. Кроме первого выстрела, она больше не слышала из-за скалы никаких иных звуков. "Может быть, я пропустила выстрел из-за шума стрельбы Чарли?" - Чарли? - позвала она его дрогнувшим голосом. Ответа не последовало. Все ее внимание сосредоточилось на неподвижной фигуре. "Я должна быть рядом с ним. Должна убедиться, что с ним все в порядке. Помочь ему, если что-то случилось". Нимало не заботясь о своей безопасности, Анжелина вскочила и помчалась по разделявшей их твердой земле. Чарли лежал так неподвижно, что ее сердце глухо и сильно билось, больно ударяя изнутри в грудь. В тревожной тишине ее дыхание звучало хрипло и громко. Склонившись над ним, она взяла его за плечо. И тут же оказалас

Петрушевская Людмила / Девятый том

не, там, за столом, рождается и катится дальше та волна, которая затем вызовет сдвиги континентов и может породить массовые кровопролития? Возможно, театральная привычка к свету рампы, софитов, к ярким скатертям и бутафорским орденским колодкам, к подведенным глазам, к ковровым дорожкам, к немятым вечно розовым букетам и строгим темным костюмам нас подвела? В прозе привычны другие вещи. Прозаики дружною толпою уже подвинули нас к сознанию, что жизнь - частная жизнь - есть предмет литературы и искусства. Любовь и страдания также. Рождение и смерть также. Беда и небольшие радости - опять-таки. Правда, до нынешних времен это больше касается описания жизни деревни или отдаленных кишлаков. В городе пока что проза видит маловато простых людей. Деревенские старухи,

Хэтчер Робин Ли / Помнишь

ек, как Тед Уэсли, наверняка вырастил сына, из которого получится отличный помощник шерифа. - Он встал и протянул Джереми руку. - Должность ваша, если она вас устраивает. Взвесьте все и завтра утром дайте мне ответ. В воскресенье приходите к нам обедать. Не спешите говорить "нет". Мы будем ждать вас. Сара услышала голоса мужчин в передней и поднялась с дивана, ожидая, что они вернутся в гостиную. Но через минуту хлопнула входная дверь, и в гостиную вернулся один дедушка. Ее охватило чувство разочарования. Она ни о чем не успела его спросить! - Славный молодой человек, - сказал Хэнк Мак-Лиод, усаживаясь в свое любимое кресло около камина. - Он рассказал о том, где он был и что делал все эти годы? - спросила Сара. Старик покачал го

ЛИНН Патриция / На пороге счастья

ся в эти шелковистые пряди! Сегодня Кэтлин вовсе не казалась ранимой и хрупкой. Казалось, она увлеклась Адамом Харрисоном: так внимательно Кэтлин слушала его и так заразительно смеялась. Сегодня у нее был вид дамочки, прекрасно умеющей постоять за себя. Коди резко встал из-за стола и протянул Тиффани руку. - Потанцуем? Однако скоро понял, что только лишь отойти подальше недостаточно. Глаза то и дело поворачивались в сторону стола. Джон и Мэтти тоже решили потанцевать, оставив Кэтлин наедине с Адамом. Тот положил руку на спинку стула Кэтлин и вообще не терял времени даром. Адам забавлял ее очередной байкой, а женщина склонила голову к нему поближе, пытаясь получше расслышать среди шума каждое слово. Внешне они прекрасно подходили друг другу; он - с

О'Бэньон Констанция / Обвенчанные дважды

се уставилась на него. - Как вы смеете? Вы отвратительны! Ее возмущение, казалось, вовсе не смутило сэра Джеральда. В голосе его появились елейные нотки. - Возможно, и так. Но я могу доставить вам такое наслаждение, что вы попросите еще... Мэллори резко повернулась к нему, ее глаза потемнели от гнева. - Убирайтесь с земли, принадлежащей моему отцу! И чтобы ноги вашей здесь больше не было! В ответ Джеральд расхохотался. - Вы что-то не очень гостеприимны нынче утром. Ну ничего, раньше или позже мне удастся сломить ваше упрямство. - Никогда! Как мне убедить вас, что вы мне противны? Его горящие глаза, в которых читалось неприкрытое желание, буравили Мэллори. - По собственному опыту знаю, что часто, когда женщины говорят "нет", они подразумевают

О'Бэньон Констанция / Соловьиная ночь

Утро следующего дня выдалось хмурым. Густые тучи заволокли солнце. К полудню эскадрон облетела грустная новость: ему предстояло отправляться в поход, а их командир должен был остаться в госпитале. Они так и не узнали, суждено ли ему выжить. Оливер сидел около Рейли, смотрел в окно палатки, наблюдая, как под дождем его боевые товарищи покидали лагерь. После полудня у постели Рейли появился британский офицер. Ординарец тут же подтянулся, застегнул мундир на все пуговицы и пригладил свои растрепанные волосы. - Не беспокойся, - сказал ему офицер, пристально вглядываясь в осунувшееся лицо Рейли. Потом перевел взгляд на ординарца. - Я генерал Гринлей из штаба главнокомандующего. Он послал меня справиться о здоровье полковника Винтера. - Доктор сказал,

Пронин Виктор / [Банда 6.]

а ему и в самом деле было что сказать, он становился необыкновенно многословным и выспренним. Эта его значительность при невзрачной наружности многих или раздражала, или попросту смешила. И только Пафнутьев, зная о сверхчеловеческой чувствительности Худолея, обостренной многолетним и безудержным употреблением всяких напитков, только Пафнутьев всегда слушал его терпеливо, понимая, что тот частенько говорит больше, чем сам понимает. - Так вот... Вторая причина, по которой преступник чувствовал себя здесь безопасно и безнаказанно - состояние, в котором находился этот несчастный человек... - Худолей кивнул на громадное тело Объячева. - И в каком состоянии он находился? - спросил Пафнутьев. - В совершенно беспомощном, - ответил Худолей и горделиво вскинул подбородок с

Лосев Владимир / Страж порталов

азал, вернусь туда, где ночевал. Не буду смущать тебя своим присутствием. Позже научи меня забираться на дерево Райя, ладно? - Иди. Можешь жить в любом жилище, пока не придет племя, а что будет потом - знают только боги... Кот вернулся к колодцу, вылил на себя кувшин холодной воды, растянулся на полу на своей куртке и закрыл глаза. Итак, придется пробыть тут до сезона дождей. Потом он доберется до побережья и оттуда начнет путь к порталу. Он подождет... На этот раз ему приснился колдун мерлонов - старик с седой бородой, острым крючковатым носом и ярко-голубыми умными глазами. Он наставил на него свой палец и что-то громко начал кричать. Это Коту не понравилось даже во сне. Он повернулся, чтобы уйти, но не смог - тело отказалось ему подчиняться. Кот мыс

Сандему Маргит / [Люди Льда 22.] Демон и дева

нашими предками и живыми. Понимаешь, наши предки никогда бы не смогли помочь тебе. Потому что они не могут общаться с тобой. И они с нетерпением ждали того времени, когда я смогу вернуться домой. Через меня они могут помочь тебе. И им, конечно же, хочется, чтобы мы с тобой вернули Людям Льда то, что им принадлежит... Усадьбы! - Да, - вздохнула Винга. - Подумай только, как была бы рада тетушка Ингрид, если б знала, что ты здесь! А ведь она, так же, как и я, ничего не знала о твоем существовании. А как она горевала, что некому передать Гростенсхольм! Хейке мягко рассмеялся: - Ингрид все знает! И она в прекрасном настроении, поверь мне! Ингрид сейчас в лесу и помогает нам. - Ой, - глаза у Винги округлились. - Тетя Ингрид тут? Здравствуйте, тетя Ингрид

Вилье Жерар / Sas приключение в сьерра-леоне

ся в Африку и в качестве наемника какое-то время служил в армиях от Мозамбика до Чада, был на Коморах и в Заире. Белый волк. Малко предполагал, что он где-то в Южной Африке. Да, Сьерра-Леоне удивляла Малко все больше и больше. - Как он оказался здесь? - Милостью папы римского! Он - ревностный католик, как и глава полиции Фритауна, Шека Сонгу. Билл встретился с ним во время своего паломничества в Рим... Они понравились друг другу, и Сонгу выдал ему вид на жительство, несмотря на темное прошлое. С тех пор они ходят каждое воскресенье в семь утра на мессу в собор на Регент-роуд, они исповедуются у одного священника. Билл поклялся не совершать преступлений в этой стране и предложил свою помощь в реорганизации службы охраны президента. Маленькая услуга, но ее оценили.

Таунсенд Сью / Номер 10.

Джек встал и быстро влез в костюм из "Маркс и Спенсер", в котором в последнее время ему было как-то не по себе. Он все не мог перебороть ощущение, что он самозванец - просто притворяется таким, как все. Прежде чем выйти из комнаты, Джек подобрал осколки и увидел, что это тот самый ослик, которого Стюарт сделал в керамической мастерской в колонии для несовершеннолетних преступников, куда попал за хранение марихуаны. Джек сложил осколки в носовой платок и спустился на кухню за клеем. Придется склеить: тюремный ослик - единственный подарок Стюарта, и мать часто повторяла, что если бы случился пожар, она бы в первую очередь спасла Питера и ослика Стюарта. Ожидая, пока закипит чайник в виде небоскреба, Джек очистил кухонную раковину ржавой щеткой. Завари