Книги в электронном виде

КУРТ ВОННЕГУТ / ВОЗДВИГНИ ПЫШНЫЕ ЧЕРТОГИ

КУРТ ВОННЕГУТ «ВОЗДВИГНИ ПЫШНЫЕ ЧЕРТОГИ» «Воздвигни пышные чертоги»1 Грэйс и Джорджа Маклелланов мы знаем уже около двух лет. Они первыми из всех соседей пришли к нам, чтобы поздравить с прибытием в их поселок. Я ждал, что после первого обмена любезностями в разговоре наступит неловкая пауза, однако ничуть не бывало. Грэйс так и стреляла своими блестящими, как у воробышка, глазками, и тему она затронула такую, что могла щебетать часами. — Да ведь из этой гостиной можно сделать игрушку, — говорила она возбужденно. — Вы слышите, игрушку! Ну скажи, Джордж. Разве ты не видишь? — Угу, — соглашался ее муж. — Неплохо получится. — Только выбросьте все эти крашеные деревяшки, — глаза ее сужались. — Панели нужно с

КУРТ ВОННЕГУТ / ГАРРИСОН БЕРГЕРОН

КУРТ ВОННЕГУТ ГАРРИСОН БЕРГЕРОН Год 2081й. Все стали, наконец, равны. Равны не только перед Богом и законом. Равны во всем. Нет самых умных. Нет самых красивых. Нет ни самых сильных, ни самых быстрых. Это всеобъемлющее равенство наступило вследствие 211й, 212й и 213й поправок к Конституции, а также благодаря неусыпной бдительности агентов Всеобщего Уравнительного Бюро Соединенных Штатов Америки. И всетаки полного порядка в жизни еще нет. Например, в апреле люди попрежнему выходят из себя изза погоды, столь не весенней. Именно в этом сыром месяце люди из ВУБа арестовали Гаррисона Бергерона — четырнадцатилетнего сына Джорджа и Хейзл Бергерон. Конечно, это была трагедия, но Джордж и Хейзл не могли думать об этом долго. Хейзл обладала совершенно о

КУРТ ВОННЕГУТ / ДОЛГАЯ ПРОГУЛКА В ВЕЧНОСТЬ

КУРТ ВОННЕГУТ ДОЛГАЯ ПРОГУЛКА В ВЕЧНОСТЬ Они выросли по соседству, на краю города, рядом с полями, деревьями и садами, неподалеку от дивной красоты колокольни, принадлежавшей школе для слепых. Теперь им было по двадцать, не виделись почти год. Веселое и уютное тепло всегда существовало между ними, и никаких разговоров о любви. Его звали Ньют. Ее — Катарина. Сразу после полудня Ньют постучал в дверь дома Катарины. Катарина подошла к двери. Она несла пухлый глянцевый журнал, который читала. Журнал целиком предназначался для невест. — Ньют! — воскликнула она. Удивилась, увидев его. — Пойдем погулять? — спросил он. Он был застенчивым, даже с Катариной. Он скрывал свою застенчивость говоря рассеянно — как будто вещи, которые его действительно волновали, были

КУРТ ВОННЕГУТ / ДОЛГАЯ ПРОГУЛКА — НАВСЕГДА

КУРТ ВОННЕГУТ ДОЛГАЯ ПРОГУЛКА — НАВСЕГДА Они выросли по соседству, их домики стояли рядом, на окраине города, среди полей, лесов и садов, а за ними виднелась чудесная колоколенка на старинном здании школы для слепых. Теперь им исполнилось по двадцать лет, и они не виделись целый год. Их отношения всегда были полны веселой товарищеской теплоты, но они никогда не говорили о любви. Его звали Ньют. Ее — Катарина. Ранним вечером Ньют постучал в дверь Катарины, Катарина вышла на крыльцо. В руках у нее был толстый глянцевитый журнал — она только что его читала. Весь журнал был посвящен исключительно невестам. — Ньют, — сказала она. Она очень удивилась, увидев его на пороге. — Можешь пойти со мной погулять? — спросил он. Человек он был застенч

КУРТ ВОННЕГУТ / ЛОЖЬ

КУРТ ВОННЕГУТ ЛОЖЬ Стояла ранняя весна. Неяркое солнце прохладно касалось серого, слежавшегося снега. Небо просвечивало сквозь ветви ивы, где пушистые барашки уже готовились брызнуть золотой дымкой цветения. Черный «роллсройс» несся по коннектикутскому шоссе из НьюЙорка. За рулем сидел негршофер Бен Баркли. — Не превышайте скорости, Бен, — сказал доктор Ремензель, — пусть эти ограничения и кажутся нелепыми, все равно надо их придерживаться. Спешить некуда — времени у вас предостаточно. Бен сбавил скорость. — Машинето по весне будто самой невтерпеж, так и рвется вперед, — объяснил он. — А вы старайтесь ее сдерживать, — сказал доктор. — Слушаюсь, сэр! — сказал Бэн. И, понизив голос, заговорил с Эли Ремензелем, тринадцатил

КУРТ ВОННЕГУТ / ЛЮДИ БЕЗ ТЕЛ

КУРТ ВОННЕГУТ ЛЮДИ БЕЗ ТЕЛ Думается мне, что мы, люди пожилые, так полностью никогда и не привыкнем к новому состоянию: ведь когда мы родились, об амфибиях — в новом смысле слова, конечно, — никто и слыхом не слыхивал. Лично я часто ловлю себя на том, что беспокоюсь о вещах, ставших теперь совершенно бесполезными и ненужными. Я, к примеру, как ни стараюсь, не могу забыть о своем деле — вернее, о том, что когдато было моим делом. Да как же тут забудешь — я на эту штуковину ухлопал тридцать лет жизни, построил ее, можно сказать, с нуля, а теперь оборудование ржавеет и зарастает грязью. И пусть я тысячу раз знаю, что думать о моем бывшем деле глупо, я все равно время от времени беру из хранилища тело и возвращаюсь в родной город, чтобы

КУРТ ВОННЕГУТ / МАЛЬЧИШКА

КУРТ ВОННЕГУТ МАЛЬЧИШКА, С КОТОРЫМ НИКТО НЕ МОГ СЛАДИТЬ Утро. Половина восьмого. С лязганьем и скрежетом заляпанные грязью машины раздирали холм позади ресторана, глыбы земли тут же увозили на самосвалах. В ресторане дребезжала посуда в шкафах, тряслись столы, и очень добрый толстый человек, у которого в голове непрестанно звучала музыка, сидел, уставившись на дрожащие желтки своей утренней глазуньи. Жена его уехала навещать родственников. Он остался сам по себе. Толстого добряка звали Джордж М. Гельмгольд, ему было сорок лет, он возглавлял музыкальную кафедру в средней школе города Линкольна и дирижировал оркестром. Жизнь его баловала. Год за годом он лелеял одну и ту же великую мечту. Он мечтал дирижировать лучшим оркестром в мире. И каждый год

КУРТ ВОННЕГУТ / МЕХАНИЧЕСКОЕ ПИАНИНО

КУРТ ВОННЕГУТ МЕХАНИЧЕСКОЕ ПИАНИНО I Город Айлиум в штате НьюЙорк делится на три части. Северовосток – место жительства управляющих, инженеров, а также городских служащих и небольшой группы специалистов, северозапад – обиталище машин, в южной же части, отделенной от прочих рекой Ирокез и получившей в народе название «Усадьба», ютится все остальное население. Если бы вдруг мост через Ирокез оказался взорванным, это мало изменило бы обычнее течение жизни. И по ту и по другую сторону реки, пожалуй, не найдется желающих общаться между собой, и наведываться на тот берег их может заставить разве что простое любопытство. Во время войны в сотнях таких же айлиумов управляющие и инженеры научились обходиться без мужчин и без женщин, которых

КУРТ ВОННЕГУТ / НАСЛЕДСТВО ФОСТЕРА

КУРТ ВОННЕГУТ НАСЛЕДСТВО ФОСТЕРА Я — продавец умных советов для богатых людей. Служу я в фирме, которая дает указания, как выгоднее размещать капитал. Прожить на мою зарплату можно, но пока я новичок в этом деле, и тут особенно не разойдешься. Да еще пришлось завести специальное обмундирование: мягкую шляпу, темносинее пальто, двубортный костюм, как у банкиров, — серый, в полосочку, — строгий полосатый галстук, полдюжины белых рубашек, полдюжины черных носков и серые перчатки. К клиентам я езжу на такси — аккуратный, чистенький, вежливый. Я веду себя так, будто сам только что загреб уйму денег на выгодной биржевой операции, а к ним зашел скорее по общественной линии, а вовсе не по делу. Когда я прихожу, весь в новом, с хрустящими бумагами

КУРТ ВОННЕГУТ / НЕВЕСТА НА ЗАКАЗ

КУРТ ВОННЕГУТ НЕВЕСТА НА ЗАКАЗ Я из инвестиционной консалтинговой фирмы. Работаю с клиентами. Я тот, кто формирует клиентуру и ненавязчиво предлагает воспользоваться тем хорошим советом, который я продаю. Моя униформа — серый костюм, мягкая фетровая шляпа и темносинее пальто — оплачена, и когда у меня будет еще на пяток белых сорочек побольше, я собираюсь купить широкий шарф. У нас в инвестиционном консалтинговом бизнесе есть один стандартный вопрос, а именно: «Мистер Х., прежде чем приступить к анализу ситуации и давать вам какиелибо рекомендации, позвольте узнать, чего вы ожидаете от своего портфолио: доходов или роста?» Портфолио — это своего рода золотое яичко в форме акций и облигаций. Вопрос в том, хочет ли клиент поместить это золотое яичко ту

КУРТ ВОННЕГУТ / ОЛЕНЬ НА ЗАВОДСКОЙ ТЕРРИТОРИИ

КУРТ ВОННЕГУТ ОЛЕНЬ НА ЗАВОДСКОЙ ТЕРРИТОРИИ Гигантские черные трубы Айлиумских заводов Федеральной корпорации окутывали едким дымом и копотью мужчин и женщин, выстроившихся в длинную очередь перед красным кирпичным корпусом управления по найму рабочей силы. Стояло лето. Заводы Айлиума, второе по величине промышленное предприятие в Америке, увеличивали штат на одну треть в связи с новыми заказами на вооружение. Каждые десять минут полисмен из службы охраны компании открывал дверь управления, выпуская из кондиционированного помещения струю прохладного воздуха и впуская внутрь трех новых кандидатов. — Следующие трое, — объявил полисмен. После четырехчасового ожидания в комнату был допущен и человек лет под тридцать, среднего роста, с удивительн

КУРТ ВОННЕГУТ / ПЕРЕМЕЩЕННОЕ ЛИЦО

КУРТ ВОННЕГУТ ПЕРЕМЕЩЕННОЕ ЛИЦО Восемьдесят маленьких человечков, спасенных католическими монахинями, жили в сиротском приюте, в бывшем домике лесника, на берегу Рейна, где раскинулось обширное поместье. Деревенька Карлсвальд находилась в американской оккупационной зоне. Если бы не этот дом, если бы не тепло и еда, и одежка, которую удавалось для них выклянчить, они бы разбрелись по всему свету в поисках родных, давнымдавно переставших искать их самих. По утрам, в хорошую погоду, монашки строили детей парами и выводили их подышать свежим воздухом — через лес до деревни и обратно. Деревенский плотник, все чаще, по старости лет, впадавший в глубокую задумчивость в самый разгар работы, выходил из своей мастерской поглазеть на это шествие оживленно л