Книги в электронном виде

Гримо Мишель / Город, лишенный солнца

счетчик является собственностью..." - Альдо! Сейчас только полседьмого! Парнишка обернулся. В дверях стояла мать. - Боже мой, Альдо, в каком ты виде? - В жалком. Пришлось лезть за рыбками в Риу! - Ловить рыбу в Риу? Да ты сошел с ума! - Не сказал бы. Я вылавливал Леа и остальных... - Альдо, перестань говорить загадками. Объясни, что все это значит! - "Чумазые", мамочка, устроили засаду у Старого моста, ну и слабым пришлось искупаться! - Альдо! Все это может плохо кончиться... Ну ладно... Умойся молоком с мылом, пока не сжег кожу! Если хочешь, сбегай купи к ужину три бутылки питьевой воды... Когда мать занялась на кухне, Альдо ушел к себе в комнату. Притворив дверь, он вытащил из стола радиотелефон и выдвинул антенну. Бросив взгляд

Гринлэнд Колин / Вернуть изобилие

издавала, вовсе не походили на голос попугая. Она умела петь. И пела нежным дрожащим голосом о желтой птичке, сидящей высоко на банановом дереве. Карлос отсутствовал. Табита оставила ему сообщение, сказав, что позвонит попозже, а сама подумала, что скорее всего не станет этого делать. Она могла с тем же успехом сократить свои потери и улететь на Фобос или в Долговечность, посмотреть, нет ли там чего-нибудь или кого-нибудь, кто не улетел на карнавал. Табита пила, наблюдая за перчаточником. Он ей даже нравился. Он был загорелым и холеным, с лоснящимися черными волосами. На нем была изящная красно-белая блуза в тонкую полоску, псевдобрюки и сапожки-эспадрильи. Похоже, он был даже талантлив, хотя нервная, пронзительно зву

Громов Александр / Шаг влево, шаг вправо

удно! - не выбалтывать напропалую все подсказки, предоставляемые чипом на выбор. Чипированные женщины обычно предпочитают скрывать свой чип в разговоре с нечипированными мужчинами - те от них панически бегут... Иные чип-красавицы приспосабливаются очень ловко симулировать пустую голову - только не сразу после клиники. Я безразлично кивнул и отвернулся, прекращая разговор. Пусть дама поищет себе для практики другие тренажеры... Знакомая придорожная кафешка у заправочной станции на четыреста первом километре - прежний "Вольный ветер", - как видно, поменяла хозяина, называлась теперь "Госснаб" и была снабжена подмигивающей отекшей рожей типичного бюрократа-взяточника, намалеванной на витринном стекле: юмор, мол. Нынче лягать прошлое опять входит в

Громова Ариадна / В Институте времени идет расследование

к? Вот я и хотел спросить, не знаете ли вы, как именно проводил свое свободное время Левицкий? Я молча покачал головой. Я представил себе Аркадия - одного, без меня. Мы ведь два года были просто неразлучны... Правда, сначала Аркадий стал все чаще ускользать - по той же причине. Я просиживал вечера в лаборатории, а он уходил с Ниной. Но только Аркадий обязательно являлся потом в лабораторию. Хоть на часок, да приходил. Я бы, может, тоже так делал, но Нина сразу объяснила, что Аркадий ее по-настоящему не любил, ни одного вечера с ней целиком не провел, только и рвался в лабораторию, и я уже не мог вести себя в том же духе. А потом, трудно мне было с ней расставаться в середине вечера. И к тому же я думал: Аркадию и без того неприят

Громова Ариадна / В круге света

ько любовь, дружба, извечные, простые чувства, которые естественно и крепко соединяют людей и дают им силу жить, - только они могут противостоять гибели и хаосу. - Всеобщая дружба? Всеобщая любовь? - сардонически улыбаясь, спрашивал Робер. - Оно бы, может, и неплохо, но ведь ты не об этом думаешь. Ты просто маскируешь словами свое дезертирство с поля боя. Пускай, мол, человечество устраивается, как знает, а мне - лишь бы семья хорошая была. Поразительно, как ты с твоим талантом и с твоей душой после всего, что пережито нами, мог скатиться в мещанское болото, стать шкурником, эгоистом, самодовольным обывателем! Робер знал, что не прав, когда говорил мне все это. Он хорошо понимал, что я ненавижу мещан не меньше, чем он сам.

Громова Ариадна / Глеги

равляйся немедленно в душевую. Придешь потом, когда отдохнешь и поешь. - А как же ты? Я боюсь тебя оставлять, - Казимир еле говорил. - Не беспокойся, все будет в порядке, - сказал Виктор. - Ты помни, что я сказал: не подходи близко к Владиславу, разговаривай с ним через маску. И он пусть надевает маску, у вас там, в кабине, есть марля. А ты, конечно, перейди спать в другое помещение. Возьми лизол, протри все там - ну, хотя бы в кабине Таланова. Обещаешь? - Обещаю, - хмуро сказал Казимир. - Черт знает что! Владислав не согласится. - Владислав опытный астронавт, он все прекрасно поймет. Ты сам-то пойми как следует: это последний наш шанс. Иначе мы все пропали. Виктор посидел один, потом встал и, неуверенно ступая, пошел в изолятор. Талано

Громова Ариадна / Кто есть кто?

оли и ужаса, как вчера, только печаль... В конце концов я решил сбегать в буфет, проглотить быстренько чашку кофе. Да и бутерброд, пожалуй, не помешает: я ведь сегодня фактически не завтракал - не до того было. В буфете было пусто. Зина мне улыбнулась и прямо сразу предложила допить коньяк. Она даже поболтала для наглядности бутылкой - коньяку там и вправду было на донышке. Я сказал, что, мол, спасибо, но сегодня жара такая, прямо с утра, и вообще я не пью днем, да еще на работе, а вчера просто нервы сдали. Зина сказала, что это все правильно, таи вот и надо себя вести и что вообще она уважает людей самостоятельных. - Зиночка, слушайте, а Аркадия Левицкого вы тоже угощали коньяком? - спросил я вдруг, даже не успев додумать этой внезапно мелькнувшей мысли. - А ка

Громова Ариадна / Поединок с собой

запрещает иметь оружие. Он отобрал у Жозефа револьвер. - А у Жозефа был-таки револьвер! Я так и знал: это парень не промах... Ладно, если нельзя револьвер, надо хоть кастет носить в кармане. - Роже, лучше тебе вообще не ходить наверх, - встревоженно сказал Альбер. - Мы втроем всегда справимся. - Ладно, как хочешь. Я вижу, что добром эта история не кончится. Но я не сбегу, можешь быть уверен. Роже Леруа не бросает приятелей в беде, говорю тебе. - Спасибо! - Альбер поглядел прямо в глаза Роже. - Ты молодец. - Какой я молодец, знают только девчонки! - засмеялся Роже. - Ну, мне сюда! Он свернул в узкую зеленую улочку. Альбер стоял, глядя ему вслед. За эти сутки вся жизнь переменилась так неожиданно и круто, что дух захватывало. И не

Гуляковский Евгений / Атланты держат небо

рассчитывая точку посадки зонда, Ронг выбрал лощину, вклинившуюся в зону разрушений таким образом, что корабельные телескопы могли наблюдать за местом посадки. На обзорных экранах появилось изображение ровной, покрытой слоем пыли поверхности. -- Это самый край зоны. Возможно, здесь толщина пылевого покрова не так велика и зонд не провалится, тогда мы что-нибудь увидим... Вот она, смотрите! На экране мелькнуло узкое длинное тело ракеты. Тормозные двигатели частично замедлили ее падение, но она потеряла ориентировку и падала, беспорядочно кувыркаясь. Видимо, Кленов ошибся в корректировке, потому что ракета явно не дотянула до песчаной лощины. Она ударилась о камни на самом краю пылевой зоны. Корпус раскололся на несколько частей, из него выкати

Гуляковский Евгений / Запретная зона

и не мог преодолеть пустякового подъема. Наконец, рванувшись в последний раз, машина встала. Глеб видел, как отодвинулся защитный колпак и тут же, отвалившись, покатился вниз. Из машины выскочили люди и побежали вверх по склону. Но они бежали медленно. Значительно медленнее неведомой силы, которая преследовала их по пятам. Нужно было что-то делать. Глеб почувствовал, как по лбу стекают крупные капли пота. Он попросту растерялся. Прошло не больше минуты с момента объявления общей тревоги, но ему казалось, что минула целая вечность, а он все еще был один в рубке и сам должен был принимать решение. Времени на раздумья не оставалось. Бежавший последним человек споткнулся и упал. Еще секунда, и будет поздно... Накрыть их защитным полем корабля с такого расстояния он не мог. Ни одна

Гуляковский Евгений / Затерянные среди звезд

нимание. Приходите позже. - Я хотел бы узнать, что случилось с капитаном? Матрос пожал плечами. - Вам же сказали - он болен, а я всего лишь выполняю приказ. В конце концов они вновь оказались в коридоре. Раскрывать свои особые полномочия, которыми обладал каждый разведчик его ранга, Неверов в присутствии Ковентри не собирался, но тут Ковентри произнес фразу, от которой у Степана перехватило дыхание: - Послушайте, Неверов, по-моему, настало время воспользоваться вашей белой картой. Если бы он просто назвал его фамилию, это бы не поразило Неверова так сильно. Но этот человек знал не только фамилию. Белая карта - особая привилегия эль-подразделения службы безопасности. Само существование этой карты держалось в глубокой т

Гуляковский Евгений / Игры шестого круга

колонистов? - Не знаю. Может быть, никакого... Ему начинала надоедать вся эта история, вся эта комедия с открытой дверью, таинственные недомолвки, ночная драка и тому подобное. Сейчас он думал лишь о том, что, как только сдаст заявление, со всей этой историей будет покончено раз и навсегда. Допущенным к экзаменам абитуриентам предоставляется общежитие. Вот только он не знал тогда, что подобные истории никогда не заканчиваются, оставляют след или шрам, тянущийся через всю жизнь. Глава 4 Зал приемной комиссии колониального управления выглядел величественно. Во всяком случае Олегу, не привыкшему к столичным масштабам, он показался огромным. Абитуриенты, разбитые на группы по шесть человек, ожидали начала собеседования,