Книги в электронном виде

Дин Кунц / Лицо страха

последствия. В свои двадцать, а затем и тридцать лет Грэхем был одним из лучших альпинистов мира. Он жил ради вертикальных подъемов, риска и победы. Ничто в его жизни не имело большего значения. Он стал активно заниматься альпинизмом с тринадцати лет. Год за годом он поднимался все выше и ставил перед собой все более сложные задачи. В двадцать шесть лет он организовывал партии для восхождения на труднодоступные вершины в Европе, Азии и Южной Америке. Когда ему исполнилось тридцать, он возглавил экспедицию на южный склон Эвереста. Они поднялись на западный хребет, пересекли гору и спустились по южному склону. В тридцать один год он взялся покорить гору Айгер Директ и, как принято в Альпах, в одиночку, преодолел страшную отвесную скалу без страховки. Его достижения, му

Кен Фоллет / Ключ к Ребекке

кнот и сообщил службе радиоперехвата о возможном появлении нового местного передатчика. Наконец, он велел сержанту, находящемуся в его подчинении, посетить все радиомагазины в Нижнем Египте - их было не так уж много - и попросить служащих сообщать о любых покупках радиодеталей и оборудования, которые можно использовать для сборки или ремонта передатчика. Затем отправился на виллу "Оливье". Дом получил свое название из-за небольшого сквера на противоположной стороне улицы, где сейчас цвели оливковые деревья, ронявшие белые лепестки, которые, как пыль, покрывали сухую, пожухлую траву. Здание было обнесено высокой стеной с тяжелыми резными деревянными воротами. Используя резной орнамент в качестве ступенек, Вэндем перелез через ворота и, спрыгнув на землю,

Джо Горес / Замурованный труп Досье ДАК

ями. Вместе с делом Уиллетса общее число совпадало с тем, которое назвал Хеслип по радиотелефону, - это было, пожалуй, единственным обнадеживающим обстоятельством, потому что мотивы преступления могли быть каким-то весьма загадочным образом связаны с одним из этих шестнадцати дел. В восемь вечера Баллард отправился в кафе, перехватил засохший сандвич и, вернувшись, со стоном откинулся на спинку стула. Он уже давно снял пиджак и галстук, но все равно весь пропах потом. Все, казалось бы, отдал за душ. Да и поспать часов этак десять не помешало. Но восемнадцать из семидесяти двух отпущенных ему часов уже ис- текли, а он все еще торчит в конторе. Даже не выкроил минутки позвонить в больницу. Он набрал номер и попал в приемный покой, откуда его переадресовали к дежурящей

Джек Хиггинс / Операция Экзосет

ашел. - Теперь у тебя есть я. - Да, и вот что я хочу тебе сказать... - Рауль опустился на одно колено рядом с ванной. - Как ты думаешь, не согласилась бы ты выйти замуж за одного немолодого летчика, который считает, что стал слишком стар, чтобы летать, и поэтому отличается несносным характером? В ее глазах появились слезы. Она поцеловала его, потом оттолкнула от себя. - Ну иди же! Отправляйся! - Иду. - Монтера достал из бумажника фотографию. - Оставь ее у себя. Дверь за ним закрылась. Габриель осталась одна. Из ее глаз катились слезы. Она думала о Фергюсоне и желала, чтобы он умер. * * * Фергюсон сидел за столом у себя в квартире на Кавендиш-сквер вместе с Фоксом, когда дверь распахнулась и в комнату ворвался Вильерс, оттолкнув в сторону Ким

Джон Макдональд / Конец тьмы

мая, что отец каким-то ужасным способом убивает маму, и что она отчаянно борется за свою жизнь. Оба тяжело дышали и яростно извивались в смертельной схватке. Мама испустила долгий стон, и я едва не закричал от ужаса. Мне показалось, что она смирилась со своей участью. В этот момент я вспомнил грязные ребячьи рассказы. Мои глаза к этому времени привыкли к золотистому свету, из головы улетучился сон, и я понял, что происходит. Мне не раз говорили, что и мои родители занимаются этим, они ничем не отличаются от других людей. Однако до того Дня я не верил, что они могли тайно предаваться пороку. Родители успокоились и затихли. Я чувствовал, что маме ужасно стыдно. Она была самой лучшей женщиной в мире, но, являясь женой отца, была вынуждена подчиняться его грязным же

Джеймс Эллрой / Черная Орхидея

езкие апперкоты, можно было ослабить его защиту и вынудить на контрудары по ребрам. Я обратил внимание, что удар, который получался у него лучше всего - перекрестный справа, - он всегда наносил, немного отступая влево и делая финт головой. Также мне бросилось в глаза, что у канатов он был просто неудержим, прижимая более легких соперников локтями и нанося резкие удары по корпусу. Подойдя ближе к рингу, я заметил шрам у него над бровью. И понял, что бить Бланчарда в это место не следует, так как бой могут остановить из-за рассеченной брови. Это, конечно, немного раздражало, зато большой шрам на левом боку представлялся как раз тем местом, удары по которому доставят ему пяток неприятных минут. - По крайней мере, он неплохо смотрится без рубашки. Я обернулся. На меня

Стивен КИНГ / КАДИЛАК ДОЛАНА

ль одной лишь стороны, на одну треть ширины дорожное покрытие сохранилось. А вдруг они заметят это и остановятся? Повернут обратно? Или поедут дальше, уверенные в том, что это и есть установленный путь движения, потому что не увидели знаков объезда? Теперь беспокоиться на этот счет слишком поздно. Я выбрал место примерно через двадцать ярдов после начала прямого отрезка, но все еще в четверти мили от того участка, где покрытие было снято. Съехал на обочину, забрался внутрь фургона и открыл заднюю дверь. Затем опустил две доски и вытащил снаряжение. Потом чуть передохнул, глядя на холодные звезды на безоблачном небе пустыни. - Ну вот и беремся за дело, Элизабет, - прошептал я. Мне показалось, что ледяная рука погладила м

Джонатан Келлерман / Алекс Делавэр

ила его глазами. Я улыбнулся ей. - Мы всего на одну секунду, малышка. - И присоединился к нему. Он посмотрел в обе стороны коридора и сложил руки на груди. - Что случилось, доктор? При ближайшем рассмотрении он оказался гладко выбритым, и от него пахло лавровишневой водой и свежевыстиранным бельем. Я сказал: - Девочка говорила о том, что случилось с ее матерью. О каком-то человеке по имени Микокси. Он вздрогнул. - Право же, сэр, это не в моей компетенции. - Это важно, мистер Датчи. И явно связано с ее страхами. - Лучше, если ее мать... - Правильно. Но дело в том, что я звонил несколько раз и просил передать ее матери, чтобы она связалась со мной, но так и не дождался звонка. Обычно я не соглашаюсь даже просто встретиться с ребенком

А. Дж. Квиннелл / Ночи красных фонарей

ыходить из-под крыла Кризи. Уверен, с этим делом ты сможешь справиться. - Да, думаю, я осилю. Слушай, куда Ламонт ходит по вечерам? - Почти каждый вечер он проводит в одном из своих клубов, как правило в "Черной кошке". Это на улице Лафитт. Ламонт там мальчиков снимает. Вошла Люсетта и села рядом с ними. Она улыбнулась Майклу и спросила: - Надеюсь, ты пригласишь меня куда-нибудь сегодня вечером? - Да, если разрешит твоя сестра. Сегодня вечером мне хотелось бы развлечься, потому что завтра я собираюсь стать голубым. Вечерами в бистро пара-тройка посетителей всегда засиживалась допоздна. В одиннадцать часов Николь, заметив в глазах сестры искры нетерпения, сказала: - Вы бы шли уже. Только не буди нас, когда вернешься домой. Люсетта улыбнулась и, потупивш

Крис Картер / Оксидженс

подпустит к себе. - Почему ты ему так сильно доверяешь? - Гм-м, - хакер тяжело вздохнул, - он патриарх нашего общества. Через минуту на экране снова появилась иконка Аионимуса. Зуп: "Ну что, воспользовался?" Анонимус: "А твоя мать штатовская?" Зуп улыбнулся. "А как же? Космическая разработка. Кучу денег потратил для того, чтобы ее выкупить. Ты уже побывал в Эль-Пасо?" Анонимус: "Да, грабители обобрали его до нитки. На всех счетах - сплошные нули!" Зуп: "Что с основным вопросом?" Анонимус: "Это не наши... Точно!" Зуп: "Следы оставили? Хоть какие-нибудь?" Анонимус: "Оставили кое-что... Подожди, влетаю... Хотя нет, стоп!" Зуп: "В чем дело?" Анонимус: "Рядом с тобой, насколько мне известно, есть еще один кул-хаке

Андрей Быстров / Операция Тень

орит о капиталовложениях! Это просто транжирство, но я уже пять лет выпрашиваю у тебя остров. Мы можем позволить себе выбросить немного денег на ветер. - Зачем? - рассеянно отозвался барон. - Я построю там парк развлечении для избранных, - не унималась Марианна _ фантастическую страну грез. Как по-твоему, в какой обстановке легче воздействовать на твердолобых ослов из всевозможных правительств, сенатов и комиссий? В твоем угрюмом кабинете или... Барон заинтересованно посмотрел на Марианну, в углах его глаз проявились морщинки - спутники знаменитой усмешки. Транжирство? Да нет, Марианна не выбросит на ветер и цента. Пожалуй, она права, это следует обдумать. - Мы еще вернемся к этому, - бросил Эстерхэйзи, зажигая вторую сигарету. - Ты слишком много куришь, - Мариа

Олесь Бенюх / ГИБЕЛЬ ЭСТОНИИ

есть". Поднявшись в кабинет, он долго листал многостраничный конфиденциальный доклад президента токийского филиала его банка. Игра на понижение курса японской иены, в которую были вовлечены филиалы в Лос-Анджелесе, Дортмунде, Лионе и Иоганнесбурге дала краткий, но весьма эффективный результат. Не в денежном (какие-то сто сорок пять миллионов долларов), в психологическом плане. И главное - все спецслужбы Страны Восходящего Солнца так и не доискались, откуда ветер дует. В нужное время он сам приоткроет карты. И, пожалуй, очень скоро. Чтобы некоторые партнеры в Островной Империи были более сговорчивыми. Кан Юай подошел к карте мира, долго стоял у нее, изучая маршрут операции "Джони Уокер". Взяв два больших костяных шара, стал разминать ладонь. Теперь взгляд его упал на