Книги в электронном виде

Мун Элизабет / Паксенаррион 2-3: (Клятва наемника; Путь наемника.)

л в виду себя, то она вовсе не хотела брать его с собой. - Да? И кто же это? - Девушка продолжала чистить свой арбалет. - Да один волшебник. Пакс посмотрела на него испуганно. Она и не предполагала, что вместе с караваном могут путешествовать волшебники. Джори криво усмехнулся: - Ты должна радоваться, что среди нас есть маги. Тебе не придется скучать в дороге. Пакс проигнорировала его замечание и поинтересовалась: - А почему он не поедет дальше с караваном? Улыбка Джори угасла. - Он собирается в Дамский Лес. Ты ведь знаешь, это королевство колдунов. Но часть пути он с удовольствием проделает вместе с тобой. - Хм. И где он? - Пакс опустила на землю арбалет и встала во весь рост. - Да вон там. Хочеш

Сахарова Саида / Академия домашних волшебников

Хочешь все успеть - построй план дня. Это сделать можно, но не нужно. Птички запели, а на кустах булки румяные созрели. Ржаные сухарики. "Жар-пар-бумс" - и хлеб словно из пекарни. "Ну и денек! - думала Лёка, выбегая из школы. - Уже пятнадцать минут второго. Мама опять сегодня уехала в командировку, Марина в музыкальной школе. Обед надо готовить, да еще хлеба купить". Она приостановилась около снежной горки и посмотрела, как малышня лихо съезжает на санках. Вот бы прокатиться! Лёка бросила портфель на скамейку и вихрем взлетела на горку. Оглянулась - все с санками внизу, а она без санок наверху. Горка накатанная, без санок еще интереснее... - С дороги, куриные н

Лиханов Альберт / Кикимора. Чистые камушки. Лабиринт.

тут же растворилась в снежной стене. Оттуда она фыркнула еще раз, а я пожал плечами. И вдруг она запела: - "Тирьям-тирьям, менял я женщин, как перчатки!" Наступила секундная тишина, и оттуда, где исчезла заведующая, послышался дикий смех. Она хохотала так, как никто не умел. В принципе ей можно было выступать в цирке и брать деньги за такой дикий хохот. Мне показалось, что даже снежные хлопья вздрагивали, прижимаясь к земле. Интересно слушать звуки, когда вокруг ничего не видно. Стихли раскаты грома - отхохоталась заведующая, на зря говорят: смех без причины - признак дурачины, - а потом я услышал то, чего ждал: звон множества колокольчиков. Сегодня он был не таким, как всегда, еше глуше, еще тише,

Чейз Джеймс / Когда обрывается лента

дь найдете. Но имейте терпение, это дело не распутать в пять минут. Терелл сел за руль, Бейглер уже сидел в машине. По дороге они заглянули в закусочную, выпили по чашке кофе с бутербродами и около половины третьего уже были на Ле Рейн-роуд. Джейн Парнелл жила в очаровательном бунгало, стоявшем в ряду таких же домиков. Дорожка к нему шла через маленький садик, усаженный розами, и перед входом стоял усыпанный цветами куст роз. Мужчины вышли из машины, прошли по дорожке, и Бейглер позвонил в дверь. Пока они ожидали, Терелл нервно оглядывался. Он не любил сообщать близким о смерти и уже жалел, что не поручил это кому-нибудь из своих подчиненных. Дверь отворилась, и на пороге появилась женщина, вопросительно глядя на них. Ей было около сорока лет: стройная брюне

КАНУШКИН Роман / Ночь стилета 1-2.

о множеством нервных окончаний. В принципе, если верно нажать на глаза, то человека можно "вырубить". Не на долгое, но вполне достаточное время. Если давить дальше или протыкать глазное яблоко, то человека можно убить. Убивать Стилет никого не собирался. Просто за время, пока секундная стрелка бежала с отметки "О" до отметки "60", VIP-зал в голове Игната превратился в некое подобие голографического снимка местности. Снимок был с размытыми краями, где таяли несущественные детали, в центре выделялись фигуры омоновцев, один - вдалеке, у дверей, второй - рядом, с Борисычем. Еще сидящий за столом старший и отливающий тусклой сталью пистолет, покоящийся на стопке каких-то бумаг. Все остальное - пустота. Еще в команде почитаемый ими всеми Учитель Цой, преподавший им мастерство в

Корецкий Данил / Адрес командировки - тюрьма; Расписной.

дойдут, пока ответ придет, нас уже всех растасуют по зонам! — А зоны где? На Луне или на Земле? — спросил зэк, мечтающий вернуться в юность. — Ладно, — веско сказал Калик, и все замолчали: последнее слово оставалось за смотрящим. А он должен был продемонстрировать мудрость и справедливость. — Расписной нам свою жизнь обсказал. Мы его выслушали, слова вроде правильные. На фуфле мы его не поймали. Пусть пока живет как блатной, будем за одним столом корянку ломать(1). И спит пусть на нижней шконке... — А если он сука?! — оскалился Зубач. Расписной вскочил: — Фильтруй базар(2), кадык вырву! В данной ситуации у него был только один путь: если Зубач не включит заднюю передачу, его придется искалечить или убить. Вольф мог сделать и то

Рампо Эдогава / Чудовище во мраке

ть к Сюндэю Оэ, которого нельзя уже было даже считать человеком. Однако, если бы я позволил себе поддаться страху, кто утешил бы Сидзуко, которая совершенно пала духом? Мне не оставалось ничего иного, как сделать вид, будто я абсолютно спокоен, и снова и снова стараться убедить Сидзуко, что угрозы Сюндэя не более чем писательские выдумки. - Простите, не могли бы вы говорить чуточку тише? - перебила меня Сидзуко. Казалось, мои пылкие увещевания не задели ее слуха. Внимание ее было сосредоточено на чем-то другом: время от времени она пристально вглядывалась в какую-то точку и внимательно прислушивалась. Она старалась говорить как можно тише, будто кто-то мог нас подслушивать. Губы ее побелели и стали почти незаметными на бледном лице. - Сэнсэй [учитель, наставник (япо

МОНРО Джеймс / Торговец смертью

е связывался с ним. К тому времени, когда прибыла полиция, Раттер уже отбыл в Рим, а когда начались поиски в порту, он уже сидел в кресле самолета, летевшего в Швейцарию. После посадки в Женеве Раттер почти сразу направился в свой банк, правда вид его совершенно преобразился. Он появился там в дорогом итальянском костюме, чисто выбритым, с паспортом на имя Олтерна и небольшим кожаным кейсом в руке. Ему сразу же предложили легкое сухое вино, каким обычно угощают клиентов среднего класса. Заверили, что нет ничего проще, чем перевести его средства в Грецию, если он захочет там обосноваться. Раттер остановился в приличном отеле и впервые за последние сутки перевел дух. А потом заказал по телефону виски в номер. Когда в дверь постучали, он сунул свой "кольт" в карман пиджа

МУР Робин / Французский связной

рвый раз, когда Эдди и Сонни вошли внутрь, Пэтси был за стойкой. Полицейские немного нервничали; как оказалось, нелегко было заставить себя сидеть лицом к лицу с человеком, за которым они скрытно следили вот уже две недели. Но Пэтси был чем-то занят и обратил на них внимания не больше, чем на любых других посетителей. На следующий день Пэтси не было в магазине; покупателей обслуживали старик, которого видели агенты Си-Ай-Би, отчим Барбары Фуке, и невысокий коренастый мужчина, который был с Пэтси и его женой в то первое воскресенье, когда Эдди и Сонни начали наблюдение. Но ещё через день, в воскресенье, их надежды начали сбываться. Около двенадцати дня детективы в белых халатах сидели, склонившись над стойкой, неторопливо пережевывая булочки и потягивая кофе. Моложавый к

Абдуллаев Чингиз / Сколько стоит миллиард

рячие точки". Он безотказный человек, сказывается партийная закалка. Заместитель министра вспомнил, что рядом сидит министр, и покраснел. Тому могло не понравиться последнее выражение своего зама. - Следующий, - попросил Дронго. - Алена Королева, секретарь Всеволода Игнатьевича, двадцать шесть лет. Отец работает во внешнеторговом представительстве в Австралии. Закончила МГУ, филологический факультет. Знает английский. Не замужем, хотя одно время встречалась с каким-то молодым человеком, который приезжал за ней на очень роскошном "Мерседесе". Сейчас по вечерам уходит с работы одна. Она живет здесь недалеко, на Кутузовском. До работы в МИДе служила в какой-то коммерческой фирме. - Ясно, - кивнул Дронго, - давайте последнюю папку. -

Полякова Татьяна / Фуршет для одинокой дамы

ь дверь на балкон, ночь обещала быть душной, лучше включить кондиционер. Я подошла к балконной двери. - Прекрати, - нервно оборвал кого-то женский голос, сегодня вечером я слышала его достаточно, чтобы сразу узнать: говорила Регина номер 2. Я поспешно вышла на балкон и смогла увидеть даму в красном, впрочем, сейчас на ней была пижама ядовито-зеленого цвета. Девица стояла на балконе, устремив взор куда-то вдаль, и, должно быть, пыталась успокоиться, роскошный бюст поднимался и опускался с частотой, указывающей на нервное возбуждение. - Сукин сын, - пробормотала она, вдруг резко повернулась, увидела меня и поспешно скрылась в номере, громко хлопнув дверью. "Ну и дела, - заметила я в раздумье, укладываясь спать. - Выходит, у администратора проблем с памят

Март Михаил / Покореженное эхо

окументацию в область. Начальство не позволяет нам лезть в чужой огород. — Завалят они это дело, Степа. — В областной прокуратуре есть одна акула, она любые орешки разгрызает. Помните Ксению Задорину? — Красотка, от которой за версту французскими духами разит? — Внешность — это второй ее плюс. — Слышал, она не замужем? — Не намекайте. Я под каблук женщине добровольно не пойду. — Железная леди? — Я при ней и рот боюсь открыть. — Ну ладно, удачи. На пороге врач столкнулся с капитаном Сухоруковым. Извинившись, Сухорукое зашел. — Степан Яковлевич, дело-то дрянь. Прокуратура нам ордер на обыск не даст, а Вяткина дома нет. Дверь никто не открывает. — Сядь, Боря. Ты часом спирта в морге не тяпнул? Я знаю о твоих др