Книги в электронном виде

Романченко Вячеслав / Спасатель

не было, кроме знакомого буро-коричневого моря крысиных спин... - Ага. - усмехнулся Монах. - Мы в это время уже дикими скачками неслись вверх по лестнице. Сталкеры вымучено улыбнулись. - Скажите, а кто именно пошел к Черному камню? - после паузы спросил я. - Командир группы, капитан Шевчук. И двое ученых. Григоренко и... кажется Кольцов. Может хоть им удалось как-то выбраться... Я молча достал из кармана и показал ему нашивку Кольцова. Он все понял, и опустил голову, ничего не сказав. * * * Часы показывали четырнадцать - двадцать пять. Нужно было думать, как выбираться отсюда. Ученый пришел в себя, и тихо стонал. Шина, наложенная на сломанную руку прямо поверх скафандра, была довольно грубой. Ходить он почти не мог, с трудом сделал несколько шагов, сотрясе

Синуэ Жильбер / Мальчик из брюгге

ьно уклонялись от теологических дебатов в тайной надежде добиться папства, а через него наложить руку на западные государства с целью заручиться военной поддержкой в случае оттоманской агрессии. Но случись нападение на Константинополь, а Запад окажется не в состоянии защитить его или в случае необходимости отвоевать, то союз, за который сегодня проголосовали, разлетится вдребезги. Проявляя внимание, Лоренцо слегка наклонился вперед. - Один вопрос, отец Николас: почему вы так ратуете за это дело? - Потому что я убежден, что обе Церкви, западная и восточная, не должны продолжать раздельное существование. Христос сказал: одна и неделимая. Не может быть двух толкований его слов. Братьям следует объединяться, а не разбегаться. Честно говоря, мои понятия выходят далеко

Контровский Владимир / Крик из будущего (штампы

ческих посредников . К счастью для него, летатели имели канал ментального контроля - магии Хозяева отнюдь не чурались. Орт только лишь обошёл те цепи, которые показались ему лишними и совсем не нужными. Простое колдовство - самое надёжное. Четыре боевых аппарата, продолжавшие планомерный поиск, можно уже было не принимать в расчёт. Они получили извещение, но находились слишком далеко и перехватить дерзнувшего бросить им вызов никак не успевали. Но вот ближайший - этот шёл за Хоком как приклеенный и постепенно сокращал расстояние. Преследователь двигался выше самых высоких руин, по прямой, не петляя и не рискуя налететь на препятствие, и непрерывно бил из всех своих эмиттеров. Имея преимущество в скорости, он чуть отклонялся то вправо, то влево, словно маятник, чере

Смит Уилбур / Леопард охотится ночью

тал письмо, и на этот раз его особенно поразила одна фраза: "После того как мы покинули Африку, ты высох внутри, высохли твое сочувствие, твоя гениальность". - Да, - прошептал он. - Все высохло. Абсолютно все. Внезапно на него накатила волна ностальгии, невыносимая тоска по дому. Он потерял путь в жизни, его фонтан иссяк, и следовало возвращаться домой, к истоку. Он разорвал письмо на мелкие кусочки и бросил их в пенистые воды бухты, поставил стакан на комингс люка и прошел по сходне на пристань. С девушкой ему разговаривать не хотелось, и он воспользовался таксофоном у ворот пристани. Все оказалось проще, чем он предполагал. Девушка на коммутаторе быстро соединила его с секретаршей Генри Пикеринга. - Не уверена, что мистер Пикеринг смо

Логинов Святослав / Дорогой широкой

ванием деревни: "Бредберёво". Очевидно, волна переименований докатилась и в эту ещё очень относительную глубинку. Впрочем, хоть горшком назови, как сказал недавно Богородица. От перемены названия сущность не меняется - подобной теоремы в школьной математике нет, но всякий человек интуитивно чувствует истинность этого утверждения. А вот видимость и кажимость с изменением названия могут смениться на прямо противоположные. Что здесь первично, а что вторично - материалисту судить трудно, поскольку и название, и кажимость относятся к области идей. Именно идеи формируют наше будущее, а прошлое уже состоялось, закостенело и название ему: "История села Бредберёво". История эта имеет опосредованное отношение к путешествию из Петербурга в Москву, и желающие могут её пропустить

Бушков Александр / Екатерина II: алмазная Золушка

Уткин Анатолий / Мировая холодная война

Проскурин Петр / [Любовь земная 1.] Судьба

ливановы с семьей, что послабление им выпало от Захара, и выпало не случайно, а Пырьевы, мол, должны были остаться в селе, а все получилось не так, как должно было получиться, и причиной всему называли председателя, спутавшегося с дочкой Поливанова и жрущего у него самогон и сало. Захар не раз принимался перебирать в уме всех, кто мог бы по злу на него заниматься таким паскудным делом. Захар знал, что долго все это в узком кругу села не удержится и перехлестнет дальше, в район, и лучше уж самому сделать первый шаг и все по- своему объяснить. От этого решения он повеселел и, разговаривая в душной конторе с мужиками о том, на какое поле нужно прежде всего валить навоз, под пшеницу или под коноплю, он все таил под рыжими усиками, отпущенными последний меся

Проскурин Петр / [Любовь земная 2.] Имя твое

этом размашистом, властно, без всяких усилий, завладевающем его душой городе ему было хорошо. Он никогда не упускал возможности побродить по Арбату, запутаться в его тесных, живописных переулках и тупиках, пройтись по Сивцеву Вражку, по Волхонке, останавливаясь перед каким-нибудь старинным зданием, не спеша погрустить об отшумевших годах, снова ощутить терпкую, сжимающую сердце горечь. Где нибудь у кремлевских ворот, или у Пушкина, или у какого-нибудь дворянского особняка, переменившего, как и все кругом, не один десяток хозяев, Чубарев чутко прислушивался; ему казалось, что вот-вот и он услышит таящуюся от стороннего, равнодушного глаза душу города, и всякий раз его охватывало чувство новизны и прочности. Немеренная любовь и ненависть, кровь и пот, радость

Марриет Фредерик (капитан) / Сто лет назад

перегнулся через перила и увидел под кормой барахтающегося в волнах маленького юнгу Ричарда Паллана. Мальчик сорвался с якорной цепи и, зная, что я у руля, стал звать меня на помощь. - Человек за бортом! - крикнул я тотчас же. Капитан поспешил вызвать людей наверх и приказал лечь в дрейф, но это было нелегко в такую погоду. Однако после долгих усилий нам это удалось; но мальчика сильно относило течением, и капитан Кларк, обычно очень смелый и решительный, на этот раз, видя опасность, грозившую мальчику, совершенно растерялся и не знал, что предпринять. Дело в том что родители Ричарда Паллана, зажиточные коммерсанты из Ипсвитча, его хорошие знакомые и друзья, поручили своего мальчика его особому попечению, а теперь ему казалось, что мальчик долже

Ромов Анатолий / Миллиард долларов наличными

е джинсы и темно-синий хлопковый пуловер. Протянула: - Вот. Думаю, это подойдет. Вы с Глебом почти одинакового роста. Какой у вас размер ноги? - Сорок три с половиной. - Очень хорошо, у Глеба сорок четыре. Выберите себе белье, оно вот в этом рундучке. А вот тут обувь. Я иду на палубу. Алла ушла. Переодевшись, посмотрел в прикрепленное над иллюминатором зеркало - вещи подошли ему в самый раз. Когда он вышел, Алла и Довгань уже стояли на причале. Спустившись к ним, спросил у Довганя: - Как мне вас называть? По отчеству? - Никаких отчеств. Просто Глеб и на "ты". Значит, так: раз ты мой шкотовый, ты принят в мою компанию. Выйдем мы через день-два, пойдем далеко, на Кипр. Мы справимся, тем более Алик, - он обнял девушку за плечо, - будет н

Ставрогин Степан / Рыцари ада

ами и ямочками на щеках. У них были сложные взаимоотношения. Алла прощала мужу и частые офицерские попойки, и загулы "налево", и нищенскую зарплату. Детей у них не было, но приключений хватало, были и под обстрелом, и без еды, и без воды, но всегда вместе. Андрей занес ее вещи в номер и присел на стул. Налил воды из графина и, отпив глоток, спросил: - Пойдешь в ресторан? Что-то же надо перекусить. - Мне еще не скоро кусок в горло полезет, - тихо сказала Алла. - За что, Господи, за что ты так? - Наверное, ему виднее, - внезапно охрипшим голосом сказал Андрей. - Он проводит людей через испытания и в итоге приводит их к счастью - Не слишком ли много испытаний на долю одной разнесчастной деревенской девчонки? - всплеснула руками Алла. - Я живу уже семь лет