Книги в электронном виде

Картленд Барбара / Таинственная служанка

ась такой худой, и ее прежде бледные щеки стали чуть румяниться. Но в то же время ему было очевидно, что она еще далека от того, чтобы набрать свой нормальный вес, как бы ей ни хотелось уверить его в том, что она всегда была очень стройной. За эту неделю граф уже убедился в том, что основная трудность заключается в том, чтобы убедить Жизель принимать от него что-то, помимо платы. Это выяснилось уже на второй день после ее появления в его спальне. Граф решил, что ему достаточно будет заказывать так много блюд, чтобы после трапезы оставалось столько еды, что она уносила бы с собой провизию, которой хватало бы на всю их семью. Однако этот его план разбился о то, что он в раздражении назвал "проклятой гордостью". Когда они закончили ленч, он с удовлетворение

Картленд Барбара / Таинственный жених

его высочество расстаться с мадам Зулейей. - Он дал понять, что собирается это сделать. - В голосе премьер-министра звучала неуверенность. Капитан и премьер-министр были старыми друзьями. Они знали друг друга с детства. Но ни капитан, ни помощник понятия не имели, что принц и леди Веста уже связаны браком по доверенности. Это держалось в строжайшем секрете. Кроме родных Весты, на церемонии присутствовали лишь лорд Кестлери и герцог Ливерпульский. Веста не удивилась, услышав, как помощник премьер-министра заявил: - Если бы это зависело от меня, я повернул бы корабль и доставил леди Весту обратно в Англию. Представляете, в каком шоке она будет, когда узнает о мадам Зулейе, когда поймет, что мужчина, который уже успел превратиться для нее в героя,

Дрейк Дэвид, Флинт Эрик. / [велисарий 4.] Удар судьбы

сопровождается укоризненными "Я же тебе говорил"". - Я же тебе говорил, - последовали неизбежные слова Маврикия. Глава 3 - Я предупреждал вас, - пробормотал Рана Шанга. Царь раджпутов широкими шагами прошел к колодцу и заглянул в шахту. Пратап, командующий кавалерийским подразделением, сдержал вздох облегчения. Временами Шанга демонстрировал ужасные вспышки гнева, впадал в дикую ярость. Но на этот раз слова укора звучали скорее философски, чем обвиняющие. Пратап присоединился к царю у колодца. - Вы последовали за ними? - спросил Шанга. Пратап колебался, затем расправил плечи. - Я отправил несколько человек на разведку. Но там внизу - непроглядная тьма, а у нас не было с собой хороших факелов. Ничего, что горело бы дольше неск

Иванов Борис / Знак лукавого

настольной зажигалки, этакого гранитного куба в полкилограмма весом. "Волк" должен был бы противоречить антуражу этой, на заказ отделанной и оформленной комнаты. Но Дуппель держал сигарету и затягивался ею на какой-то свой особый манер - и по-жлобски, и аристократически одновременно- и этим как бы разрешал своему дешевому куреву вписаться в дорогой интерьер. Струйка сизого дыма тут же торопливо потянулась к вентиляционной щели. - Диких колдунов не бывает, - возразил ему Ольгред, задумчиво откидываясь в кресле. - Были, да вышли, считай, два века назад. Даже два с половиной. Ни он, ни Дуппель не обращали на меня никакого внимания. Во всяком случае не больше, чем на прочие предметы меблировки кабинета. Я решил, что вправе отвечать им тем же. Я отряхнул волосы от та

Хабермас Юрген / Философский дискурс о модерне

люционный (Фрейер) и революционный (Корш). Однако взгляд, ориентированный на будущее, всякий раз направляется из настоящего в прошлое, которое как предыстория связано с нашей современностью цепью общей сквозной судьбы. Для такого сознания конститутивны два момента: один - это действенно-историческая связь в непрерывном ряду совершающегося предания, связь, в которую внедрено также и революционное действие; другой - доминирование горизонта ожидания над требующим усвоения потенциалом исторического опыта. Беньямин не вступает в открытый спор с этим сознанием действенной истории. Но из его текста следует, что он не доверяет ни первому, ни второму моменту: ни богатству наследуемых благ культуры, которые должны перейти во владение современности, ни асимметрии соотношения ме

Пирс Чарльз / Избранные философские произведения

пространства и времени выводится, согласно его точке зрения, из ментального процесса - "Synthesis der Apprehension in der Anschauung" ["синтез аппрегензии в созерцании" (нем.)] (См.: Kritik der reinen Vernunft. Ed. 1781, pp. 98 et seq.). Моя теория представляет собой просто попытку такого синтеза. Сущность трансцендентальной эстетики Канта заключается в двух принципах. Во-первых, в том, что всеобщие и необходимые пропозиции не даны в опыте. Во-вторых, в том, что всеобщие и необходимые факты определяются условиями опыта по преимуществу. Под всеобщей пропозицией имеется в виду такая [пропозиция], которая утверждает что-либо обо всех элементах множества; при этом не обязательно, чтобы в нее верили все люди. Под необходимой пропозицией подразумевается такая [пропозиция], котора

Вольф Криста / Размышления о кристе т

ь, она заметила, что дышать можно и здесь, что легкие приспособлены и к этому, новому, воздуху. Значит, снова жить, обливаясь потом, распрямить спину, глянуть по сторонам. Значит, вот она, эта земля. Поля, луга, кусты, река. Тощие черно-пегие коровы, загоны для скота. Чужая, струящаяся жара далеко, на горизонте, между небом и землей, она трепещет, ничем не смягченная, не охлажденная лесом, который, по укоренившемуся убеждению, должен ограничивать взгляд со всех четырех сторон. Преодолеть тягостное чувство при виде того, как обнаженная, ничем не прикрытая земля сама обращается к небу, сама, без посредства деревьев. Поднять глаза. Но только не глядеть на солнце: оно меня убьет. Оно расплавит синеву, сделает ее металлической и тягучей, оно не пощадит, не утолит

Лесевич, Юшкевич, Богданов. / Русский позитивизм

дно нераздельное целое. Объяснив значение понятия о познаваемой действительности как предельного понятия положительной философии, мы можем предварительно определить ее как миросозерцание, слагающееся из всей совокупности положительного знания. Более полное определение мы представим при дальнейшем развитии нашего предмета. Данное нами определение естественно предполагает два элемента: 1) явлений, существующих вне человека, и 2) человека, наблюдающего и подтверждающего эти явления, а потому, следя за развитием основного принципа, высказанного в определении, нам следует познакомиться теперь с воззрением положительной философии на отношения, существующие между двумя этими элементами, т. е. нам предстоит определить, какие знания имеем мы право считать положительными, или

Михайлова Юлия / Кора

е могла. Отправить его на Проксиму тоже: она не знала, почему он оказался у работорговцев. Нужно было найти такое место, где их никто не знал и не проявлял бы к ним интереса. И Кора знала такое место. - На Вегу. - Почему именно туда? – поинтересовался Торн. - Это единственное безопасное место. - Во что ты ввязалась, купив этого парня? – мрачно спросил Талик, услышав последнюю фразу. - Ничего серьезного, - быстро ответила Кора. Она повернулась к Джесу. – Ты должен быть в рубке. - Меня уже нет. Кора повернулась на каблуках и быстро вышла, чтобы Талик не начал приставать с вопросами. Она направилась в свою каюту. Проходя по коридору она почувствовала легкий толчок: корабль отчалил от станции. Придя в каюту она быстро отправилась в душ. Он ей сейчас было необходим. Надо

Мельникова Валентина (Ирина) / Стихийное бедствие

улись и увидели нависшую над ними по-бычьи тяжелую фигуру Ташковского. Он смотрел на Костина. - Не ожидал тебя здесь увидеть, - проревел он, ничуть не заботясь, что его голос перекрывает шум в зале. Казалось, он просто не в состоянии говорить тише, может, оттого, что был изрядно навеселе. Ташковский, указывая пальцем на Костина, обошел вокруг стола, словно хотел получше того разглядеть. Некоторое время он стоял, тупо уставившись на него, потом снова взревел: - Точно узнал. Ты один из тех нахалов, которые разделали меня под орех, когда вышла моя "Матерая волчица". Я твое лицо никогда не забуду. Ты тот самый придурок, кто пил мой коньяк на презентации, а потом всадил мне нож в спину своей долбанной рецензией! - Насколько помню, в тот де

Мельникова Валентина (Ирина) / Горячий ключ

прятала лицо в воротнике. Тогда он подошел к последним двум дамам, не сводившим с него глаз, стоило ему повернуться к этому ряду. - Надежда Антоновна Чекалина? Сидевшая ближе к нему полная женщина лет пятидесяти вздернула острый нос и с негодованием произнесла: - Товарищ Таранцев, я вам ответственно заявляю, что все это никуда не годится! Вы должны немедленно повернуть обратно! В противном случае я позвоню своему мужу, а у него большие связи в Аэрофлоте, и у вас будут крупные неприятности. Артем демонстративно пропустил мимо ушей обещание неприятностей и улыбнулся своей самой что ни на есть обворожительной улыбкой. По-видимому, дамочка продолжала жить в другом измерении, в котором все еще существовал Аэрофлот и колбаса за два двадцать

Мельникова Валентина (Ирина) / Мой ласковый и нежный мент

ю, потому как с детства знаком с ее гнусной натурой! Надымов вновь побагровел, но ничего не сказал, лишь махнул с досадой рукой и покинул кабинет. - Я смотрю, ты, как всегда, опередил события, Станислав Васильевич, - улыбнулся Барсуков. - А что теперь прикажете делать с этой самой гражданкой Ручейниковой, которая дожидается меня у дверей кабинета? - А я предлагаю пойти на компромисс. Штрафанем ее рублей на двадцать, чтобы неповадно было морды бить в присутствии начальства, а вообще-то советую с ней познакомиться поближе. Верная подруга моей Тоньки и весьма оригинальная особа. Никакого внимания к собственной внешности, но в то же время одна из самых красивых девок в селе. И не замужем, учти, начальник! Правда, где-то жених сшивае