Книги в электронном виде

Сетон-Томпсон Эрнест / Рассказы о животных

свои капканы. Бывают запахи, которых человек почти не замечает, - они для него словно тихий, едва слышный голос, а для лисицы эти запахи гремят, как целый оркестр, ибо у лисиц есть чутье. Запах, который противен человеку, может показаться лисице благоуханием роз, сладчайшим фимиамом. Капли этого состава, попавшие на платье Бентона, распространяли такую вонь, что лошади фыркали у себя в конюшне, а дома отец предлагал ему пересесть на другой конец стола. Для изощренного чутья Домино этот запах, доносимый ветром, был так же ясен, как облако дыма, тянущееся от громадного костра, и он так же легко мог определить его источник, как можно узнать место горниста по звуку горна или положение водопада - по грохоту. Этот запах был слышен всюду и не воз

Крайтон Майкл / Сфера

в небесах и на земле кроется куда больше, чем может вообра- зить философ. Норман повернулся к последнему члену команды, Артуру Ле- вину, который оставался "белым пятном". Низкорослый толстяк выглядел бледным и озабоченным. Норман хотел поинтересовать ся его самочуствием, но тут появился Барнс. --- Добро пожаловать к чертям на кулички, где нет возможнос ти даже принять душ... -сказал он и все нервно засмеялись,- Извините, что заставил вас ждать... У нас мало времени, так что сразу же перейдем к делу. Потушите свет, пожалуйста. На первом слайде был большой корабль, с сложной кормовой надстройкой. --- "Роуз Силеди" ["Роза сирены"] -сказал Барнс,- кабелепро кладчик зафрахтованный компанией Ти-Си, "Транспейс Коммуни- кэйшн", устан

Крайтон Майкл / Стрела времени

радиоприемник или телевизор, - копаясь в вакуумных трубках, транзисторах и проводах до тех пор, пока устройство не начинало работать. Когда его мать как-то раз в тревоге сказала ему, что боится, как бы он не устроил сам себе казнь на электрическом стуле, он ответил ей: "Не будь идиоткой". А когда умерла его любимая бабушка, Дониджер с сухими глазами сообщил матери, что старая леди была должна ему двадцать семь долларов и он ожидает от матери возмещения этого долга. Окончив с отличием физический колледж в Стэнфорде в возрасте восемнадцати лет, Дониджер поступил в лабораторию "Ферми" близ Чикаго. Там он проработал шесть месяцев и ушел, заявив директору лаборатории, что физика элементарных частиц годится только для онанистов. Он возвратился в Стэнфорд, где работал в

Крайтон Майкл / Крылья

ащаясь к Ли. - Он согласится побеседовать с нашим сервисным представителем в "Кайтаке"? - Я уверен, экипаж пойдет нам навстречу, - отозвался Ли. - Особенно если вы предложите вопросы в письменном виде... Полагаю, мы получим ответы в ближайшие десять дней. - Хм-мм... - недовольно протянул Мардер. - Так долго... - Если мы не опросим пилота, могут возникнуть затруднения, - вмешался Ван Трунг. - Инцидент случился за час до посадки, а регистратор переговоров в кабине фиксирует лишь последние двадцать пять минут. Иными словами, РПК бесполезен. - Верно. Но у вас есть еще РПД. Кейси написала: Регистратор полетных данных. - Да. РПД у нас есть, - отозвался Трунг. Однако в его голосе сквозило сомнение, и Кейси понимала, почему. Регистраторы полетн

Крайтон Майкл / Экстренный случай

н. - Хорошо. - Ему не терпится малость поточить лясы. - Что ж, ведите меня к нему, - ответил я. 3 Табличка на двери сообщала: "Отдел по расследованию убийств", а под ней на картонке печатными буквами было выведено: "Капитан Питерсон". Капитан оказался крепким коротышкой с седыми волосами, подстриженными под "ежик", движения его были проворными и точными. Когда Питерсон обошел вокруг стола, чтобы приветствовать меня, я заметил, что он хромает на правую ногу. Он даже не пытался скрыть этот изъян, а, напротив, подчеркивал его, громко шаркая носком по полу. Солдаты и легавые обычно гордятся своими увечьями. Нетрудно было догадаться, что Питерсон пострадал при исполнении служебного долга. Я попробовал угадать, что с ним стряслось. Скорее всего, нарва

Уэлс Герберт / В дни кометы

й. Фасад дома скрывался под виргинским плющом, который разросся, несмотря на душный, пыльный воздух Клейтона, и густыми ветвями свешивался с крыши деревянного портика. Поднимаясь на крыльцо, я видел, как мистер Геббитас при свете свечи печатает свои фотографические снимки. Это было главным наслаждением его скромной жизни - странствовать в обществе своего курьезного маленького фотографического аппарата для моментальных снимков; он приносил с собой обыкновенно множество негативов с очень плохим и туманным изображением красивых и интересных мест. Фотографическое общество проявляло их ему по сходной цене, и затем он круглый год проводил все свободные вечера, печатая с них фотографии, чтобы навязывать их потом своим ни в чем не повинным друзь

Уэлс Герберт / Игрок в крокет

кости, которые они обглодали. Нет камешка в болоте, которого они не держали бы в руках, нет кочки, которой они не попирали бы ногами миллиарды раз. - В нем есть что-то страшное, - рассеянно проговорил я, думая о своем. И наконец решился поставить вопрос ребром. Я спросил хранителя, не слыхал ли он - не высказывал ли ему кто-нибудь мнение, - что на болоте нечисто. Взгляд его глаз, увеличенных очками, стал еще пытливее. Да, он кое-что слышал. - Что же именно? - спросил я. Но он хотел, чтобы я высказался первым. Он молча ждал, и мне пришлось начать. Я рассказал ему, собственно, все то, что вы сейчас услышали. - Мне не вырваться из этих болот, - жаловался я. - И если я не предприму что-нибудь, они доведут меня до помешательства. Я не могу этого вынести - и вынужден

Уэлс Герберт / Мистер Блетсуорси на острове Рэмполь

в приделе Солсберийского собора - вылитый дядя. Даже руки у него были так же скрещены. Мне так хотелось говорить с ним, поведать ему многое-многое, чего я не успел высказать, но мне было ясно, что отныне между нами расторгнута всякая связь. Никогда еще мир не казался мне таким пустым и холодным, как в это солнечное утро. Я сидел у изголовья дяди и долго смотрел на милую мне маску, такую знакомую и уже ставшую такой чужой, и тысячи мыслей проносились у меня в голове, и самых возвышенных и самых низменных. Я горевал о своей утрате и в то же время - я это хорошо помню! - подло радовался тому, что вот я жив. Но вскоре мною овладело ощущение непривычного холода в сердце. Это чувство не было похоже на страх - оно было с

Уэлс Герберт / Самовластье мистера Парэма

роумная оказалась дама! - Зато он находит богатство, - сказал мистер Парэм. - Природа не терпит пустоты, - устало произнесла она с видом человека, который в тысячный раз повторяет знакомую истину. Мрачными красивыми глазами она оглядывала зал, будто искала кого-нибудь, кто освободил бы ее от мистера Парэма. - Сегодня пустота заполнена интересными людьми. - Я почти никого из них не знаю. - Но я-то недостаточно светский человек, и мне они кажутся интересными. - А я достаточно знаю свет, чтобы ничего от них не ждать. Снова наступило неловкое молчание. Мистеру Парэму хотелось, чтобы она провалилась в тартарары, а на ее месте оказался бы кто-нибудь попроще. Но на этот раз положение спасла она. - Ужинать, пожалуй, еще рано, - сказала она. - Где это

Миронов Алексей; (Живой А.Я.) / Семь вёрст до небес

На лавках по углам ставили по посуде оловянной с медом. Самую постелю брачную делали на двадцать одном снопе, ибо из числа уважался у большинства русичей нечет. Апосля того, как подали на стол последнее кушанье, то бишь курю вечернюю, главный дружка жениха Федос обернул остатки сего кушанья, а вместе с ним калач с солонкой, скатертью и отнес все это на постелю, куда вслед за ним отвели и молодых. В дверях Макария с Евдокией посаженный отец встретил, сдал, как полагается с рук на руки новобрачную мужу ее, сделал ей пристойное нравоучение и советы дал как жить в супружестве. Что далее было - про то только Макарий да Евдокия ведают, остальным пилося сладко и до молодых боле дела не было. Покудова сами молодые незнамо чем с сеннике занималися, остальные напились медовухи, да с

Каганов Леонид / Коммутация

почитают снимать квартиры. Потому что преступники... Какие преступники? Гек посмотрел на часы. Какие, к черту, преступники в этом доме, если искать надо свидетелей? Кто во дворе своего дома станет устраивать расстрелы алкоголиков из собственной автомашины? Гек собрал груду распечаток и выключил терминал. Здесь больше не оставалось полезной информации. Двор был маленький и запущенный. В одном углу стояли помойные баки, а за ними лежала здоровенная груда строительного мусора. На ней копошилось трое детей самого мерзкого возраста. Во дворе было четыре подъезда. Прямо под окнами располагался небольшой палисадник, огороженный вбитыми в землю трубами и приваренной между ними арматурой. В палисаднике самоуверенно цвели кусты сирени, а среди них высился тополь черным коря

Калугин Алексей / [Лабиринт 1_2.]

розы. Как далеко протягиваются коридоры Лабиринта? Может быть, он сейчас здесь, под ногами, подобно гигантскому червю, стянул кольца своих ходов вокруг станции и, наблюдая, ждет? Палмер зябко передернул плечами и вдруг, словно испугавшись чего-то, быстро, гораздо сильнее, чем требовалось, хлопнул ладонью по клавише дверного привода. Дождавшись, когда створки ворот встали на место, Палмер до отказа закрутил штурвал ручной блокировки двери. Выйдя из тамбура, он включил щиток шлюзовой системы, и вторая дверь, лязгнув, закрыла тамбур. Заблокировав и ее ручным штурвалом, Палмер переключил управление шлюзом на главный пульт. Пройдя между вездеходами, он перепрыгнул через турникет и вошел в проход между боксами. Номера на зеленых дверях боксов были выведены желтой флуоресцирующ