Книги в электронном виде

Сойер Мерил / Любовь, соблазны и грехи

ними губами и уставилась на губы помощницы. Мутси Маккалистер? Дьявол! Надо же, чтобы единственную картину Клайва купило именно это чучело, известное полным отсутствием вкуса! Виола посмотрела на свои часы "Пиаже". Стрелки на усеянном бриллиантами циферблате показывали, что до конца приема остается меньше часа. Может быть, кто-нибудь еще успеет что-то купить? Виола знала, что Ти Джи Гриффит никогда не появляется на людях после того, как его изуродовало взрывом. Брать картины на консигнацию он поручает Райану Уэсткотту, своему доверенному лицу. Если Райан возьмет с выставки хотя бы одну работу - пусть даже потом она вернется назад, - это станет их спасением. Все решат, что Гриффит заинтересовался Клайвом. Быстрее бы вернулся официант с бутылкой джина! Внезапн

Сойер Мерил / Поцелуй в темноте

не смогла признаться в поцелуе в темноте. Она не сумела бы объяснить, как это вышло, хотя провела почти весь уик-энд в раздумьях о своей неосмотрительности. Шаги в коридоре... Пока она целовалась с Митчем, кто-то проходил мимо двери. Вдруг этот "кто-то" видел их? Слава Богу, что это был не Брент. Ему бы она ни за что не сумела объяснить того, чего не могла объяснить даже себе. - Итак, - закончила она с деланной бравадой, - я посвящаю неделю изучению положения бездомных, готовясь к встрече с Митчем перед телекамерой. - Только не нападай на него, - предупредила Вал. - Пока ты жила в Риме, по телевидению показали один его судебный процесс. Это не человек, а акула. Он уничтожил всех свидетелей обвинения. - Мне не надо напоминать, каков он в зале суда.

Литвинова Анна,Литвинов Сергей. / Рецепт идеальной мечты

ршенно верно, - любезно подтвердил Полуянов, поклонившись заведующей. - И я хотел бы попросить у вас, милая Дарья Михайловна: можно мне похитить у вас Надю? На полчасика. Заведующую, несмотря на ее строгий тон, тронул любезный красавчик. Однако она, очевидно уже пасуя перед обаянием журналиста, все-таки пробормотала: - Все комментарии - у директора библиотеки. - Был я уже у вашего директора, - весело откликнулся Полуянов. - Все мне ваш Михал Юрьич рассказал. И повидаться с Митрофановой позволил. - Ну, если разрешил Михаил Юрьевич... - пробормотала заведующая. И, демонстрируя, что она здесь тоже далеко не последний человек, приказала: - Идите, Надежда. - Я ненадолго, - выскочила из-за стойки Надя. * * * Буфет располагался в полуподва

Костин Сергей / Подопечный

том, что так никогда и не осмелился сказать ей самые тайные слова. Я летел в полной темноте. Ощущение пространства исчезло для меня. Один кокон из сжатого воздуха. Понемногу мне стало надоедать. Я уже передумал обо всем, о чем можно. Вспомнил и родственников и близких. Успел досчитать до миллиона и обратно. Спел все известные на деревне песни. Поспал. Покричал. Поплакал. Да чего только я не сделал? А конца и не видно. Я принял наиболее удобную для моего состояния позу. Перевернулся на спину, голову на руки, глаза вверх. Ждать смерти, так с комфортом. Сюда бы еще телевизор. Лампочку и хорошую книжку... Неожиданно воздух стал еще гуще, холоднее, упружистее. Что-то подсказало мне, что я приближаюсь к завершающему этапу. Внизу показалась еле различимая

Эхерн Джерри / Защитник 1-12.

него, произнесла она. У нее были голубые глаза матери и почти черные волосы. Он представил себе, как легионы мальчиков примерно ее возраста совершают ночью ритуальное самоубийство, лишь только подумав о ней. Она улыбнулась ему той широкой улыбкой, от которой его сердце всегда таяло. - Я имею в виду, ну... - Ты испугалась вчера? - Я никогда не задумывалась, насколько мы зависим от электричества! Скажем, вчера я не смогла помыть голову! Я не смогла бы высушить волосы, не смогла бы уложить их. Я собиралась побрить ноги, и, даже если бы я что-нибудь разглядела, та электробритва, что вы с мамой подарили мне, не работала. - В следующий раз побрейся безопасной бритвой, - посоветовал он ей, прижимая ее поближе. - Все будет хорошо. ФБР ведет расследование. Они

Фраерман Рувим / Дикая собака динго

я немного постарела. Но все же учились мы всегда отлично. И она, разумеется, до конца сказала бы все, что полагалось сказать детям перед началом нового года, если бы в класс в это время не вошли два новых ученика. Это были те самые мальчики, которых Таня встретила на пристани утром. Один - худой и высокий, другой - низенький, с толстыми щеками, придававшими ему вид настоящей бестии. Все посмотрели на них с любопытством. Но никто из этих сорока мальчиков и девочек, беспокойно сидевших на партах, не поглядел на них с таким ожиданием, как Таня. Вот сейчас она узнает, кто из них причинил ей муку, гораздо большую, чем страх. Может быть, все-таки это Коля. Учительница спросила, как их зовут. Толстый мальчик ответил: - Годило-Годлевский. А худой с

Сирлз Хэнк / Челюсти 2.

плавания, а Шону, чтобы не было обидно, нож с выскакивающим лезвием. Наконец пришло время ставить подпись на заявлении, и он вынул ручку. На этот раз рука почти не дрожала. * * * Всю вторую половину дня Броуди не сиделось за своим столом. Костюм для подводного плавания, брошенный на заднее сиденье автомобиля, не давал ему покоя. Конечно, не следовало заставлять Майка мучиться и ждать окончания рабочего дня, но точно сказать, где он сейчас находится, было невозможно. К тому же вторая половина дня в субботу была самым неподходящим временем для начальника полиции, чтобы сорваться с работы. Поэтому он честно потел до пяти часов, зашивая обычные прорехи в одежде Эмити. Лен Хендрикс нашел сиамскую кошку Минни Элдридж, которая пропала три дня назад, в пустом

Мак-Кормик Гарольд / Тени в море

ел в море восемь часов, пока его не подобрал эсминец, но... акулы больше не нападали. Были случаи, когда люди часами находились в воде, где кругом кишели акулы, и те их не трогали, сообщает доктор Лланоу. Судя по свидетельствам этих людей, иногда они спасались прямо чудом. Факты, накопленные во время войны, вооружили науку новыми сведениями о повадках акул... и показали нелепость многих наших прежних представлений. Но нам еще очень многое надо узнать. Всякий, кто читал о нападениях акул, испытывает не очень приятное чувство, когда о прочитанном вспоминает в воде или даже на берегу. Ужас перед акулой часто заглушает разум. Страх, отвращение, растерянность неизбежно присутствуют в рассказах о нападении акулы. Чувства эти вряд ли помогают хладнокровно проанал

Найтли Филлип / Шпионы xx века

сь впечатления, будто бы немецкие власти собирают сведения о Великобритании с целью захвата страны. Но вскоре и Хэлдэйн поддался всеобщей шпиономании. Поворотной точкой стало, вероятно, появление одного документа, который точно по заказу попал в Министерство обороны как раз между вторым заседанием подкомитета 20 апреля (когда Хэлдэйн докладывал о своей поездке в Германию) и решающим третьим заседанием 12 июля (на котором Хэлдэйн присоединился к шпионоборцам). Этот документ, его стиль и способ, каким он был доставлен в Министерство обороны, явно несут на себе печать романа Ле Ке, но, поскольку никаких отчетов об этом в правительственных кругах Великобритании не осталось, мы можем только изложить версию Хэлдэйна и предоставить читателю самому решать, насколько эта история п

Вебер Дэвид / Трудная дорога домой (Хонор Харрингтон. Миры Хонор 4.)

он был другом адмирала Курвуазье, наставника Хонор в Академии, и однажды проговорился, что он в курсе ее репутации пилота - но не это было ее настоящим мотивом. Она поморщилась признавая это самой себе, а в ее ухе мягко раздалось почти- рычание. Она повернула голову и ее беспристрастное деловое выражение лица смягчилось улыбкой, когда Нимиц склонил свою голову к ней со спинки кресла. Древесный кот подождал, пока не уверился, что привлек ее внимание, затем протянул одну из обманчиво тонких передних лап и погладил ее по щеке. - Все в порядке, паршивец - сказала она ему. Они были в кабине одни, пока не появился назначенный боту рулевой, и она протянула руку, чтобы приласкать его в ответ. Кот издал короткий звук и помотал головой в знак несогласия с ее заявление

ЯРОВ Ромэн / Ветер с вершин

Уинлоу Поль / Священная роща

януло лицо этого свайоля. Киммериец не мог похвастаться утонченностью чувств и остро развитым состраданием. Он терпеть не мог нищих и прочую побирающуюся братию, которой полны были улицы гиборийских городов. Но на сей раз... Лицо Древо-Отца было и впрямь лицом древнего, очень много пожившего и повидавшего старика. Громадные незамутненные глаза смотрели прямо в самую душу Конана; и киммериец вновь, как и в первые мгновения после того, как он очутился в роще, остро ощутил глубокое, исконное родство между этим местом - и тем, что он привык считать своим домом, со всем лучшим в Киммерии, Стране Глубокой Ночи, как ее называли древние авторы. Глаза отца свайолей были полны непреходящей боли. Эту боль Конан не смог бы ни выразить в словах, ни даже хотя бы представить