Книги в электронном виде

Стивенсон Роберт / Похищенный, или приключения Дэвида Бэлфура. Картиона.

о готовы были вот-вот об- рушиться на меня. Наконец, положительно лопаясь от самодовольства, я поднялся наверх и выпустил своего узника. Он учтиво наделал мне доброго утра, и я, посмеи- ваясь свысока, зависимо отвечал ему тем же. Вскоре мы расположились завтракать, словно ровным счетом ничего не переменилось со вчерашнего дня. - Итак, сэр? - язвительно начал я. - Неужели вам больше нечего мне сказать? - И, не дождавшись внятного ответа, продолжал: - Мне кажется, пора нам понять друг друга. Вы приняли меня за деревенского простачка, несмелого и тупого, как чурбан. Я вас - за доброго человека, по крайней мере человека не хуже других. Видно, мы оба ошиблись. Какие у вас причи- ны меня бояться, обманывать меня, покушаться на мою жизнь?.. Он забормотал бы

Стивенсон Роберт / Рассказы и стихи

нец, устав от бездействия, оставил свою ложбину и побрел к опушке леса. Молодой месяц едва пробивался сквозь туман, но, когда я вышел из лесу, стало светлее. В ту же минуту резкий порыв ветра дохнул на меня соленым запахом моря и с такой силой ударил в лицо колючими песчинками, что я нагнул голову. Когда я поднял глаза и осмотрелся, я заметил свет в павильоне. Он двигался от окна к окну, словно кто-то переходил из комнаты в комнату с лампой или свечой. Некоторое время я следил за ним с большим изумлением. Днем павильон был явно необитаем, теперь настолько же явно в нем кто-то находился. Сначала мне пришло в голову, что туда забралась шайка граби- телей и очищала теперь кладовые и буфеты Норсмора, всегда полные посуды и запасов. Но что могло привести грабителе

Стивенсон Роберт / Сент Ив

был бы это вынести и отшатнулся. - Нет, - воскликнул я, - не надо! Не трогайте мое плечо. Я не могу этого вынести. - И поспешно прибавил: - У меня ревматизм. Плечо воспале- но и очень болезненно. Он отошел к своему стулу и неторопливо закурил сигару. - Очень сожалею, что причинил вам боль, - сказал он наконец. - Не послать ли за доктором? - Ни в коем случае, - возразил я. - Это пустяк. Я давно привык. Мой ревматизм меня нисколько не беспокоит. Да и вооб- ще я не верю в докторов. - Хорошо, - сказал Шевеникс, потом сел и долго молча курил. Чего бы я только не дал, чтобы нарушить это молчание! - Так вот, - заговорил он наконец, - я думаю, мне больше нечего узнавать. Полагаю, что мне все из- вестно. - О чем? - чуть ли не с вызовом спросил я. -

Стивенсон Роберт / Черная стрела

рд? - спросил Мэтчем. - Только не девочкой, - ответил Дик. - Я девчонок терпеть не могу! - Ты говоришь, как мальчишка, - сказал Джон Мэтчем. - Ты гораздо бо- лее думаешь о девчонках, чем хочешь сознаться. - Вот уж нет! - решительно сказал Дик. - О девчонках я никогда и не вспоминаю. Черт с ними! Я люблю охоту, сражения, пиры, я люблю веселую жизнь в лесах. А девчонки на такие дела не годятся. Была, впрочем, одна не хуже мужчины. Но ее, бедняжку, сожгли, как ведьму, за то, что она вопреки природе одевалась по-мужски. Мастер Мэтчем набожно перекрестился и прошептал молитву. - Что ты делаешь? - спросил Дик. - Молюсь за ее душу, - ответил Мэтчем дрогнувшим голосом. - За душу ведьмы? - воскликнул Дик. - Ну что ж, молись за нее. Это была лучшая

Тенцинг Норгей / Тигр снегов

чтой?.. Мир был так велик, Солу Кхумбу так мала. И когда я подрос, то понял, что должен покинуть деревню. Однако, покинув ее первый раз, я направился не в горы, даже не в Дарджилинг, а в Катманду, столицу Непала. Мне было всего тринадцать лет, открыто уйти я не мог, а поэтому бежал из дому и чувствовал себя потом очень виноватым. Я знал от Ламу Кипа, что всегда был любимцем родителей. Я и сам очень любил их и не хотел причинять им огорчений. Но слишком велика, слишком сильна была тяга. Я двинулся в Катманду кружным путем мимо Макалу; поначалу один, потом встретил попутчиков. Весь путь занял немногим больше двух недель. Впервые в жизни я увидел город, и он показался мне странным и непонятным особенно потому, что наш народ исповедует буддийскую

Уайт Теренс Хэнбери / Хозяин

Божиих, ха-ха. На Трясуна вы можете полагаться во всем. Я хоть и не имею счастия вкушать доверенность нашего Хозяина, - ибо, поверьте мне, раз он не только оставил вас при своей особе, но и беседовал с вами на латыни, значит существует некая Цель, о да, и возможно, великая, - я, повторяю, хоть и не имею счастия входить, подобно вам, в число избранных, однако ж и я, даже я, на чтонибудь да полезен. Винтик, дорогие мои, маленький винтик могучего механизма. Да, и бедный старый доктор Мак-Турк не считается здесь чем-то никчемным. Теперь он ваш друг. Положитесь на него. Нет ничего, абсолютно ничего, о чем вы не могли бы его попросить. Пока они слушали эту речь, Никки чувствовал, как в нем просыпается бес злоехидства. - Ничего? - Ничего.

Тихомирова Вера / Золото на ветру

первые слова: "Федя, хоть ты и сволочь..." Следуя желанию отвлечься на постороннее, перевести перед смертью дух, Харитон дочитал документ до конца... В сознании его сверкнула молния. Он перечел сызнова и в мозгу его прокатился гром. - Гардины, гардины! - твердил он, носясь по комнате, - с кистями и цацками! - еще ахнул он. - Идиот и сын идиота! - бил он себя обоими кулаками в лоб, - как это она долежала до этих пор? Бросив ломать голову, Шерстюк бросился вон со двора. В один миг к нему вернулись все его прежние качества. Прыгая через три ступеньки, он мигом достиг улицы. Там отпихнув подростка, он завладел велосипедом "Орленок" и, растопыря колени, помчался вслед пионерскому звену. В ушах его гремела знакомая с детства хоровая песня:

Уайлдер Джоан / Жемчужина Нила

принимала слишком серьезно. Ему хотелось подбодрить ее. "Принцесса-несмеяна" - так Джек назвал ее две недели назад, когда они отплыли из Лиссабона. Все это время он безжалостно подтрунивал над ней, водил по магазинам, замучил купанием, брал с собой в казино Монте-Карло - в общем, делал все, чтобы поднять ей настроение, однако безрезультатно. Джек никогда не пасовал перед трудностями и теперь тоже не собирался отступать. - Ну что, прелесть моя? Ее глаза сузились, когда она посмотрела на его руку. - Ты поранился. Он мельком взглянул на глубокую рану, которая причиняла нестерпимую боль. - Ничего, это не смертельно. Дорогая, у тебя, часом, не было времени... - Нет, - ответила она раздраженно. - У меня не было времени рыскать по Монт

Уайлдер Джоан / Роман о камне

нхелина тоже иногда позволяла себе отдохнуть. *** "Я бежала по дороге, в конце которой только что скрылся мой любимый, огромные деревья, сомкнувшись кронами, образовали бесконечный зеленый коридор, сквозь который лишь кое-где, пронизывая золотом торжественную тьму, пробивались солнечные лучи. - Джесси! Джесси! - кричала я, но он не слышал моего призыва. На темных стволах тополей и кедров ярко пламенели орхидеи и сверкали пунцовые звезды жаксоний, золотилась даламанда и густо синели гроздья ипомеи. Когда на них случайно падал луч солнца, казалось, что зажигалась радуга. Но я не видела всей этой красоты. Передо мной все еще стояло лицо Джесси, который проскакал мимо, не заметив своей возлюбленной. Оглушительный топот копыт раздался за моей сп

Фидлер Аркадий / Белый ягуар 1-3

- Не знаю, убей меня бог, не знаю. - А не возьмет ли он тогда пистолет и не всадит ли пулю мне в лоб, на этот раз уже без ошибки? Помолчав, Вилли согласился: - От этой канальи всего можно ждать. Это мстительная бестия. - Значит, мне надо защищаться! Это ясно, и ты согласен со мной! - воскликнул я. - Защищаться - хорошо сказано, но как тебе, бедолаге, защищаться? - озабоченно вздохнул Вильям. - Я знаю как! - пробормотал я. - У Старика здесь неограниченная власть. Любого из нас он может отправить на тот свет, как щенка. В команде у него несколько подручных, готовых на любое преступление по одному его знаку. Что ты, Джонни, значишь против него? Я лежал в кубрике в том же виде, в каком, бездыханного, втащил меня сюд

Хаггард Генри Райдер / Дочь Монтесумы

для чего другого в моей голове просто не оставалось места. "Наверное, это и есть тот самый человек", - сказал я себе. Больше я ни о чем не успел подумать, потому что испанец устремился на меня со шпагой в руке. Я увидел прямо перед собой тонкое острие и метнулся в сторону. Я хотел бежать, так как был совсем безоружен, если не считать дубинки, и в таком бегстве не было бы ничего постыдного. Однако при всей моей ловкости я прыгнул слишком поздно. Клинок, нацеленный прямо в сердце, прошел сквозь мой левый рукав и сквозь мякоть предплечья. Больше ничто не было задето и тем не менее боль от полученной раны сразу заставила меня позабыть о бегстве. Мной вдруг овладели холодная ярость и сильнейшее желание убить этого человека, который без всякого пов

Хаггард Генри Райдер / Аллан Кватермэн

взял его себе вместо охотничьего ножа, и он оказался очень полезным мне. Один из Ваквафи перебрался в мою пирогу, и мы снова пустились в путь в невеселом расположении духа, надеясь добраться до миссии только ночью. Через час после восхода солнца полил сильный дождь, еще более ухудшивший наше положение. Мы промокли до костей, так как не могли укрыться от дождя в пирогах. Ветер упал, и паруса были бесполезны; мы ползли потихоньку с помощью весел. В одиннадцать часов мы пристали к левому берегу; дождь несколько утих, и мы развели огонь, поймали и зажарили рыбу, не смея пойти в лес поохотиться. В два часа мы тронулись в путь, взяв с собой запас жареной рыбы. Дождь полил еще сильнее. Плыть по реке становилось все тру