Книги в электронном виде

Росоховатский Игорь / Изгнание Изяслава

ота. Ворот заскрипел, стал наматывать длинную веревку, привязанную к носу большой лодьи. Когда судно почти уперлось в берег, три волочанина нырнули один за другим в воду и положили под нос лодьи катки. Это были лучшие умельцы в поселении. Миг промедления в таком деле грозил увечьем и смертью - не отдерни вовремя руку от катка, и по ней пройдет вся тяжесть груженого корабля. Из воды медленно выползла на берег лодья, как речное чудовище. Под нее подложили новые катки и отвели подальше от реки. Когда все лодьи и струги стояли на катках, волочане разделились на три ватаги. Одни расчищали дорогу в лесу, другие подкладывали катки, третьи тянули суда за веревки. Недалеко от озера Озерища на одном из привалов боярин Жарислав взял с собой несколь

Рот Сесиль / История евреев с древнейших времен по шестидневную войн

м; лишь получив крупную контрибуцию, он согласился вернуться в Дамаск. Возможно, эта неудача привела вскоре к убийству Иехоаша. Его сын Амазия (798-780 г. до н. э.) пытался проводить более активную политику. Успешная вылазка против Эдома поощрила его порвать с Самарией. Однако он потерпел тяжелое поражение, его столица была захвачена и разграблена. Политическая зависимость Иудеи от Самарии, до того скорее предполагавшаяся, отныне стала несомненным фактом. Неудивительно, что царствование Амазии закончилось дворцовым переворотом, стоившим ему жизни. Правление его преемника Узии (или Азарии) (780-740) почти точно совпало по времени с царствованием в Израиле Иеровоама II (785-745). В конце правления Узии разразился крупный конфликт между ним и жречеством, вызванный попыткой царя,

Рыбак Натан / Переславская Рада

проклятый Хмель? Прикидывались незрячими и глухими. У Адама Киселя была еще надежда: улестить зверя - так называл он мысленно Хмельницкого - обещаниями. Может быть, когда получит в руки булаву, клейноды и грамоту королевскую, смягчится его каменное сердце. Хорошо бы еще было наладить связь с Сильвестром Коссовым. Истинно святой человек, пособить может. Перед Переяславом Адам Кисель послал верного человека с письмом к Коссову. Девятнадцатого февраля посольство прибыло, наконец, в Переяслав. Когда въезжали в город, личный духовник короля, ксендз Лентовский, украдкой перекрестился. Послы, как он полагал, очутились теперь в самом пекле. Адам Кисель сидел в санях желтый, как воск. ...Посольство, по приказу Хмельницкого, ко

Синякин Сергей / Владычица морей

абельщика. ...ааа... ееер! - донеслось с берега. - Чего он? - высунулся по пояс Яков. - Не пойму, - пожал плечами командир подводки. - ...не-е-ер! - снова донесся с берега прерывистый крик. - Не пойму, - досадливо двинул плечами Иван. - Что тут не понимать, - сказал, выбираясь на палубу догадливый Яков. - Минер наконец прибыл. Кончились наши игрушки, пора уж и делом заняться! * Глава третья * 1. МИНЕР Минер был из донских казаков и плавал как рыба. Может быть, даже лучше рыбы. Иная рыба жирна да ленива, омута за жизнь не покинет, казак же не таков. Был он невысок, кряжист, черноглаз, волосат и по-южному говорлив. Звали тридцатилетнего минера Григорием Суровикиным, и происхождением он был из тех хозяйственных и храбрых поселенцев, что обос

Скотт Вальтер / Уэверли, или шестьдесят лет назад

во Святой земле <...подвиги Уилиберта Уэверли во Святой земле... - во время крестового похода в Палестину.>; его долгое отсутствие и опасные приключения; его мнимая смерть и возвращение в тот самый вечер, когда избранница его сердца обвенчалась с героем, защищавшим ее от оскорблений и притеснений во время его странствий; великодушие, с которым крестоносец отказался от своих притязаний и пошел искать в соседнем монастыре мир, еже не прейде, - все это и подобные рассказы он готов был слушать, пока сердце его не загоралось огнем и глаза не начинали лихорадочно блестеть. Не менее потрясенный, слушал он, как его тетка мисс Рэчел повествовала о страданиях и мужестве леди Алисы Уэверлч во время великой гражданской войны. Добродушное лицо почтенной

Соловьев С.М. / Петровские чтения

составляют заговор, чтобы произвести кровавый бунт против освободившего их правительства: зачем освободило. Вот явление, которое заставляет нас быть очень осторожными и не судить по настоящему о прошедшем. Понятно, что меры государства относительно ловли и усажи-вания людей не могли быть очень действительны. Уйти и скрыться в громадной малонаселенной стране было легко; открытость границ, условие, столь затруднительное относительно государственной обороны, облегчавшее врагам доступ в Россию, облегчало и русскому народонаселению возможность выхода, возможность разбрасываться все более и более на неизмеримых пространствах, пустых или почти пустых по ничтожности их туземного народонаселения. Понятно, что такая колонизация, такое постоянное расширение государственной области,

Соловьев С.М. / Учебная книга по Русской истории

славичами осадили Михаила во Владимире; владимирцы оборонялись семь недель; наконец, доведенные до крайности голодом, отказались от Михаила, но удерживали по крайней мере независимость, потому что старший из Ростиславичей Мстислав сел княжить в Ростове; младший его брат Ярополк - во Владимире. Но владимирцы недолго могли быть покойны: дружина Ярополкова, набранная в Южной Руси, где он прежде жил, грабила народ, который особенно был выведен из терпения тем, что сам князь стал грабить великолепную церковь Богородицы, построенную во Владимире Андреем Богрлюбским. Владимирцы жаловались ростовцам, но те на словах были только за них, а на деле были рады их беде; тогда владимирцы сговорились избавиться от Ростиславичей и призвали опять Михаила. На этот раз Михаил разбил Ростисла

Солоневич Борис / Молодежь и ГПУ

м... Голос Володи дрожал. Он словно спeшил излить перед друзьями свои мучительныя думы. -- Тяжело, знаете, Россiю покинуть... Так все ничего, ничего, а как увидал я нагруженные пароходы, да подумал -- вот еще день, два и прощай Россiя -- так сердце и дрогнуло... Юноша криво усмeхнулся: -- Эх, глупое сердце. Не уйти вот от чувства любви к Родинe. Не тянет на чужбину, хоть не думаю я, что и здeсь сладко будет.., 37 -- А мести большевиков вы не боитесь? -- попрежнему тихо спросила Лидiя Константиновна. -- Нeт, почему же? Вeдь амнистiя-то была? Да потом, не опасности волнуют меня. Слава Богу, не впервой! Видали виды... Мучительна, вот, эта неувeренность: что, то будет впереди, как новая жизнь развернется, будет ли нам мeс

Софронов Вячеслав / Отрешенные люди

е пожалеть. - К нам в Сибирь на службу? - поинтересовался, чтоб как-то поддержать разговор, Зубарев. - Какая, к черту, может быть служба в такой мороз, - полушутливо отвечал поручик, - на короткий срок к вам и обратно без задержки. -- В сам Тобольск или еще дальше? - поинтересовался Зубарев, видя, что офицер не прочь поговорить. - Еще не знаю. Как дело повернется. - Кураев чуть помолчал и неожиданно перешел на шепот, приблизив лицо к собеседнику. - Коль застану в Тобольске генерал-майора Киндермана, передам ему важную депешу, - он выразительно похлопал левой рукой по залоснившемуся боку кожаной сумки, лежавшей на сиденье подле него, - то и дня не задержусь у вас. Но я склонен предполагать худшее: придется разыскивать мне его где-нибудь по крепо

Старилов Николай / Хроника революции

попова к таким речам этих министров? Хабалов. Я должен вам оказать, что Протопопов говорил несколько раз... я ожидал, признаюсь, что Протопопову следовало бы сказать: "Я ухожу" - по-моему, так, но такого слова я не слыхал. Председатель. Вы долго были на этом заседании? Хабалов. Я думаю, часа два... Председатель. До его конца? Хабалов. Нет, я уехал до конца. Я видел, собственно, что я буду присутствовать в заседании Совета Министров, где будут говорить об отставке министерства. При чем же я тут? А между тем - было три часа ночи''... Донесение охранного отделения. Четвертый участок Нарвской части. "За день в районе участка толпа подростков отобрала ключи от нескольких моторных вагонов трамвая. По наблюдению полиции в этих случаях можно предполагать снисходит

Стерн Лоренс / Жизнь и мнения Тристрама Шенди, джентельмена

время от времени подобных напоминаний. Сказать по правде, он легкомысленно запутался во множестве мелких долгов, этого рода, на которые, вопреки многократным предостережениям _Евгения_, не обращал никакого внимания, считая, что, поскольку делал он их не только без всякого злого умысла, - но, напротив, от чистого сердца и по душевной простоте, из желания весело посмеяться, - все они со временем преданы будут забвению. Евгений никогда с этим не соглашался и часто говорил своему другу, что рано или поздно ему непременно придется за все расплатиться, и притом, - часто прибавлял он с горестным опасением, - до последней полушки. На это Йорик со свойственной ему беспечностью обыкновенно отвечал: - ба! - и если разговор происходил где-нибудь в открытом по

Стерн Лоренс / Сентиментальное путешествие по Франции и Италии

шие деревья во всей пустыне; при увядании их листьев я научился бы горевать, и при их оживлении ликовал бы вместе с ними. Ученый _Смельфунгус_ совершил путешествие из Булони в Париж - из Парижа в Рим - и так далее, - но он отправился в дорогу, страдая сплином и разлитием желчи, отчего каждый предмет, попадавшийся ему на пути, обесцвечивался или искажался. - Он написал отчет о своей поездке, но то был лишь отчет о его дрянном самочувствии. Я встретил Смельфунгуса в большом портике Пантеона - он только что там побывал. - Да ведь это только огромная площадка для петушиных боев {Смотри "Путешествия С[моллет]а". - Л. Стерн.}, - сказал он, - Хорошо, если вы не сказали чего-нибудь похуже о Венере Медицейской, - ответил я, так как, про