Книги в электронном виде

Медведев Юрий / Протей

сам, кажется, начал кое о чем догадываться. - Вы говорите, Старший Инспектор, так уверенно, словно прибыли сюда... - ...оповестить вас, Емельян Иммануилович, о возможности начать и завершить второй этап, - докончил я. - Значит, вы поможете мне проникнуть к "Протею"? Но кто меня убедит, что это не розыгрыш, не чья-то хитрая уловка? - Это сделаю я, Старший Космонавигатор. - Каким образом? - будто почувствовав подвох, он отступил на шаг назад. - А если я сейчас выбегу из сада, подниму тревогу? Почему я должен верить Старшему Инспектору Сената, того самого Сената, который меня сюда и сослал? Почему? - А вот почему, - отвечал я и, взявшись двумя пальцами за "молнию" на униформе, медленно провел замком от горла до пояса. - Вот чему. - И

Микаберидзе Л. / Лев русской армии

этого предположения 2-я Западная армия окажется под угрозой быть отрезанной не только от 1-й Западной армии, но и от предначертанной ей линии отступления. "Ибо одно верное обозрение карты, - писал он, - доказывает, что по отступлении 1-й армии к Свенцянам неприятель, заняв Вильно, может предупредить отступление 2-й армии в Минск и по краткости пути будет там прежде, нежели я достигну туда отступая". Кроме того, по мнению Багратиона, осуществление намеченного плана действий привело бы к разрыву и без того слабой связи между 2-й и 3-й Западными армиями, а также к исключению всякой возможности их соединения. На следующий день, по получении второй директивы, Багратион направил Барклаю де Толли новый доклад, в котором опять подчеркнул, что п

Миллер Дон / Коммандос: Формирование, подготовка, операции

х казармах в центре Берлина, где они могли пользо- ваться бассейном, прекрасно оборудованными гимнастическими залами и за- ниматься конным спортом. Членов СС Лейбштандарт готовили к роли правящего класса третьего Рей- ха, и новой, управляемой нацистами Европы. СС и ночь "длинных ножей" Туристы, посещавшие Берлин в 30-е годы, охотно фотографировали солдат СС Лейбштандарт, охраняющих рейхсканцелярию или марширующих на парадах церемониальным шагом, отточенным до совершенства. Эти высокие молодые мужчины, одетые в великолепно скроенные черные мундиры, с которыми конт- растировало блестящее снаряжение из белой кожи, напоминали англичанам королевскую гвардию перед Букингемским дворцом в Лондоне. Однако в действительности личная гвардия Гитлера выполняла

Минго Джек / Как компании стали великими - истории о бизнесе и торго

книга разрушала монополию местных торговцев, улучшала качество товаров и способствовала снижению цен. Она помогла тысячам мелких производителей-поставщиков усовершенствовать свои изделия и выйти на общенациональный рынок сбыта. "Каталог" доставил потребительские товары буквально к порогу дома тысяч изолированно живущих фермеров и крестьян. Во время первой мировой войны товары доставлялись раненым пехотинцам прямо в госпитали для поднятия боевого духа и чтобы показать блага капитализма. "Два невинных предмета из американского быта - "Каталог Сирза" и граммофонная пластинка- вот самое мощное средство пропаганды нашего образа жизни в России, - сказал шеф московского бюро "Ассошиэйтед Пресс". - Но на первом месте- "Каталог"". К счастью, холодная война закончилась, и пропагандис

Минкин А.А. / Топонимы Мурмана

ке. - А. М.) волок Мотка 15 верст. А промеж того волоку у моря Мотовской наволок". По-саамски муотьк, моатьк - тайбола, волок, перешеек. По этому перешейку поморы и саамы перетаскивали суда, что значительно сокращало путь. Впоследствии залив, расположенный между Рыбачьим полуостровом и материком, получил название Мотовский, а близлежащие губы - Большая и Малая Волоковая. С XVI века уже встречается название Рыбачий полуостров. Так, Гюйен ван Линсхотен, один из участников голландской экспедиции 1594 года, видел "землю Кегот, называемую Рыбачьим полуостровом". Существование полуострова подтверждает и С. Бэрроу, который на допросе 23 июня 1576 года после путешествия к северным берегам России сообщает, что был в селении Кигор, а в своих д

Мищенко Дмитрий / Северяне

а их, он охраняет людей от злых духов, от мора и бесплодия. А особливо сегодня, в ночь под Ивана Купалу! Сегодня он не только всепобеждающая, но и всеочищающая сила. Огонь словно пробудил окрестности. На берегах Десны, Стрижня, Белоуса - по всей Северянщине запылали костры. Сначала появились несмелые, едва заметные огни за рощами, лесами и урочищами; потом взлетели они жарким пламенем в небо и залили светом всю округу. Будто огненные цветы трепетали над лесом, величавые и прекрасные в нависшем над землею мраке! Ожили и люди на поляне. Шум, возбужденные крики вместе с искрами разлетаются над костром и, ударившись о высокие стены леса, звенят под темными сводами неба. Девчата снова берутся за руки, ходят вокруг марены, поют песни. Но парн

Мусаси Миямото / Книга Пяти колец

щая ритм каждой ситуации, ты будешь способен наносить удары и атаковать противника естественно. Вот -- Путь Пустоты. Я намерен показать, как следовать ему, согласуясь с природой. "Ити Рю Ни То" ("Одна школа -- два меча") Воины, командиры и рядовые носят два меча. (Самурай обычно носил мечи заткнутыми за пояс так, что лезвия клинков были обращены вверх. Короткий меч носился всюду, длинный -- только вне помещения. В разные времена существовали различные правила относительно формы и длины мечей, Самураи носили два меча, а остальным классам был разрешен только один -- для защиты от разбойников на дорогах. Воин держал короткий меч у изголовья постели, а для длинного в каждом самурайском доме стояла специальная подс

Немировский Александр / Слоны Ганнибала

Господина города, Мелькарта, и показал статую, которой приносят человеческие жертвы. - У вас хитрые цари и жестокие боги. Прошло не более недели, и Масинисса, как казалось Ганнибалу, немного освоился с суетой городской жизни. Он ходил по тротуарам, не натыкаясь на прохожих. Слыша вопли избиваемых рабов, не бросался в дом, чтобы за них заступиться, не выпускал на базаре из клеток певчих птиц, не заплатив за них денег. Ганнибал стал отпускать Масиниссу одного. Из прогулок по городу Масинисса стал возвращаться поздно. У него было удовлетворенное лицо и сияющий взгляд. - Тебе нравится наш город? - спрашивал Ганнибал, радуясь хорошему настроению своего подопечного. - Мне никогда не было так хорошо, как сейчас, - отвечал нумидиец.

Новиков-Прибой / У дальних берегов

метной белой вышкой, и только огромный пик Антония, упиравшийся в небо, все еще хорошо был виден издали. Проходя мимо северного берега острова Кунашир, моряки смотрели на голые отроги трех горных кряжей, на лесистые ущелья между ними и долины. Отдыхая под парусами и развлекаясь открывающимися новыми видами природы, люди начали забывать о перенесенных испытаниях трудного пути, но невзгоды как будто подстерегали их каждый раз внезапно. Началось странное явление - ветер постепенно слабел, а зыбь еще больше увеличивалась. На середине пути в воздухе наступило полное затишье, паруса повисли, как. тряпки, и бот совсем остановился. Но кругом, на всем пространстве пролива между островами, вода бурлила, как кипяток в. кастрюле на жарком огне. Здесь не

Новиков-Прибой / Цусима

обслуживали корабль. И уносит он нас в неведомые края, туда, где буйствуют огненные вьюги, гася человеческие жизни, - либо победить врага, либо самому погибнуть в безвестной пучине. Разве за них, за этих матросов и офицеров, не молятся матери так же, как и за меня? И разве у наших врагов менее любящие матери, и разве они не проливают слезы, обращаясь к своему богу? Но кого-то из нас ждет холодная могила. С надломленным крылом души я сошел с мостика. Броненосец "Орел", развевая андреевский флаг, продолжал отмерять морские мили. 5. ВЫСОЧАЙШИЙ СМОТР На второй день около полудня показались маяки и острова. Сочно заголубело небо, словно кто мокрой тряпкой смахнул с него грязь облаков. Ветер замирал, но все еще был достаточен, чтобы двигать парусники,

Осетров / Гибель волхва

я здесь в одиночестве, осуждающе смотрит ему вслед, а перед кумиром догорают последние поленья; скоро они угаснут, и прежде вечный дым, поднимавшийся от этой земли к ирью-раю с душами предков, иссякнет. В лесу скоро потемнело, и, вспомнив то утро, старый Всеслав теперь горько усмехнулся: на долгих сорок лет шагнул он тогда из света в сумерки. Побывал в закупах и холопах [закуп - наемный сельхозработник, получивший ссуду от боярина-землевладельца и обязанный ее отработать; холоп - (кабальный, полный) - в Древней Руси раб], жил и на вятичских, и на родимичских землях, в чужих весях одиноким изгоем орал - пахал чужие рольи, и только к седым волосам решил пойти в Киев, великий город, где мог жить каждый русич...

Павич Милорад / Пейзаж, нарисованный чаем

всего лет сто. Достаточно, чтобы душе с телом расстаться, и не один раз. Был один из тех дней, когда сбывается пословица "Ударь палкой по кусту -- вырастет цветок!". В такой-то день Афанасий Свилар и его сын Никола делали первый привал на своем пути. В маленьком доме родителей Афанасия в Матарушке над дверью висел на счастье венок, через который подоили корову. На столе стояла горячая молочная похлебка с укропом, из которой выглядывали бараньи глаза. В этих глазах Свилар прочел, что на улице, где уже стало теплее, чем в домах, разросшийся папоротник предвещает еще одну тяжелую сухую весну с облаками цветочной пыльцы. Его собственный зимний голос в уже наступившем новом времени года звучал по меньшей мере странно. Все-таки это многовато -- к