Книги в электронном виде

Закур Джон Гэнем Лоренс / Плутониевая блондинка

ударили на прошлой неделе мужчину только за то, что он не так посмотрел на Доктора Геваду? - Вы не отрицаете, что ударили на прошлой неделе мужчину только за то, что он не так посмотрел на вашу красавицу-секретаршу? - Пожалуйста, не произносите ни слова, если слухи о том, что ваш компьютер ГАРВ находится в романтической связи с вашей красавицей-секретаршей верны... - Дверь! - скомандовал я автомобилю на ходу, все еще окруженный бригадой репортеров. Дверца водителя послушно распахнулась и я прыгнул внутрь, постаравшись раздавить максимальное количество микрофонов, захлопывая дверцу перед толпой прессботов. В глубине души я понимал, что они всего лишь исполняли свою работу и что охота прессы за сенсациями и знаменитостями помогает привлекать ко мне вн

Житков Андрей / Хакер

носых туфлях и брюках в обтяжку нерешительно остановилась невдалеке, скользнула по нему взглядом. Он подошел к ней первым. - Ты Белка? - Лобстер? - Девушка улыбнулась. Протянула узкую ладонь. - Привет! Ник сам придумал? - Не нравится? - Мне все равно, - пожала плечами девушка. Он её откровенно разглядывал. Чуть вздернутый носик, карие теплые глаза, хороший макияж, модная стрижка, на плече - крохотная сумочка. Волосы другого цвета - каштановые. С облегчением вздохнул - почти красавица. - У тебя с бабками как? - поинтересовалась она. - Не очень, - откровенно признался Лобстер и тут же добавил: - Дома есть. - На пару коктейлей хватит? - Обижаешь! - Тогда пойдем! - Белка решительно направилась к подземному переходу. Лобстер чуть поотстал, оценивая сзади фигуру.

Кертис Джек / Слава

Они начали говорить одновременно. Дикон сделал ей знак продолжать. - Я не упоминала о своих наблюдениях на первом допросе, но они должны быть занесены в протокол. Я вспоминала эти детали позднее - одну за другой... Дикон остановил ее. - Когда полиция впервые заговорила о "несчастном случае"? - Что?.. Ах да. - Она задумалась. То, что она собиралась сказать, было гораздо труднее выразить, чем описать синяки и разбитое зеркало. - В этом было что-то сверхъестественное. Кэйт лежит в воде, но все остальное выглядит абсолютно нормально, понимаете? Все вещи на месте, и вроде бы все как обычно. Но я почувствовала там что-то. Такое чувство возникает, когда вы входите в комнату, где кого-то только что выпороли. Я понимаю, что это глупо и ничего не значит, но там ощ

Уаймэн Стэнли / Красная кокарда

л, что он что-то говорил, но я не мог его слышать и только по насмешливым улыбкам шедших рядам с ним догадывался, что речь шла обо мне. Но едва мы вышли из переулка на площадь, как представившееся нашим глазам зрелище заставило меня забыть об их существовании. IV ДРУГ НАРОДА Другие тоже были поражены увиденным. Мы во Франции не привыкли видеть толпы. Здесь в течение столетий всегда стоял впереди один какой-нибудь человек - король, кардинал, епископ, придворный... Сама же толпа всегда стушевывалась, изредка проходила перед ним, почтительно кланяясь, и исчезала. Теперь начинался холодный рассвет нового дня. Между нами было немало людей, привыкших к тому, что крестьянин дрожал при виде их нахмуренного лица. Но парижская новость сразу потрясла все до основания. Толп

Уаймэн Стэнли / Волчье логово

ольшой постоялый двор, который казался еще больше благодаря сумеркам, до того измученные, что едва были в состоянии слезть со своих седел. Наш слуга Жан взял в повод четырех лошадей и повел их в конюшню. Несчастные, измученные животные, понурив головы, покорно следовали за ним. Некоторое время мы переминались с ноги на ногу, расправляя одеревеневшие члены. Вокруг же все было полно движения и суеты. Из открытого окна над воротами доносился звон посуды, мелькали огни и слышались торопливые шаги людей, бежавших по коридорам. Полумрак двора рассеивали два только что зажженных фонаря. В одном из углов его двое кузнецов подковывали лошадь. - Они говорят, что нашим лошадям нет места, - объявил возвратившийся Жан, почесывая голову с недовольно-сконфуженным видом провинциального

Бэнкс Йен / Осиная фабрика

на редкой траве под холмом и душил кролика, костяшки пальцев белые от напряжения, мотая его перед моим лицом, его шея зажата тонкой черной линией резиновой трубки, теперь завязанной узлом на черной струне. Он до сих пор трясся. Я не мог определить, были ли движения его тела его собственными или передавались от меня. Потом трубка порвалась. Кролик ударил в мою левую ладонь, а другой конец резины выстрелил в правое запястье, мои руки разлетелись в противоположные стороны, врезавшись в землю. Я лежал на спине, голова на песчаной земле, смотря на ту сторону, где тело кролика лежало на конце маленькой изогнутой черной линии, запутанное в ручке катапульты. Животное было неподвижно. Я посмотрело на небо, сжал кулак и вогнал его в землю. Посмотрел на кролика,

Бэнкс Йен / Вспомни о флебе

Культуры в этой войне. Он помолчал, чтобы дать ей возможность ответить, но она только тихо сидела, опустив голову и покачивая ею. - Знаете что, Бальведа? Для такого чувствительного вида вы иногда проявляете странно мало сочувствия. - Посочувствуй глупости - и ты уже на полпути к идиотизму, - пробормотала женщина, все еще не глядя на Хорзу. Он опять засмеялся и поднялся с пола. - Почему такая... горечь, Бальведа? Она подняла на него взгляд. - Я говорю вам, Хорза, - спокойно сказала она, - победим мы. Он отмахнулся. - Я в это не верю. Вы даже не знаете, с чего начать. Бальведа снова выпрямилась и уперлась вытянутыми руками в пол позади себя. Ее лицо стало серьезным. - Мы сумеем научиться, Хорза. - От

Бэнкс Йен / Выбор оружия

ась в дверях, щурясь на солнце, и глубоко вздохнула, наполняя легкие свежим утренним воздухом. Дрон открыл дверцу автомобиля. Сма натянула перчатки и, цокая каблучками высоких сапог, стремительно сбежала по лестнице. Усевшись на место водителя, она щелкнула переключателем, сдвинула верх машины и помахала мажордому. Бедняга даже не заметил ее жеста, он в это время ловил сбежавшего с поводка хралза. Дрон сложил в багажник вещи, пристроился на заднем сиденье, и машина рванула с места. Они свернули направо, проскочили через гранитные ворота электростанции и понеслись по шоссе. Сма, не снижая скорости, улыбалась каким-то своим потаенным мыслям. - Мы могли бы добраться до места и по воздуху, - проворчал дрон, зная, что женщина его все равно не услышит из- за свис

Бэнкс Йен / Мост

Конечно, конечно. - Я отворяю дверь. - А знаете что, Орр? - серьезным тоном произносит доктор Джойс, возвращая серебряный автоматический карандаш в нагрудный карман. - Вы слишком легко сдаетесь. Я обдумываю эти слова, затем киваю: - Ага, док, тут вы совершенно правы. В приемной подлиза-секретарь помогает мне надеть сюртук (по которому тем временем успел прогуляться платяной щеткой). - Итак, мистер Орр, как прошел сегодняшний сеанс? Надеюсь, успешно? - Еще как успешно! Прогресс налицо. Семимильные шаги к выздоровлению. Полезная беседа, что и говорить. - О, да это звучит ободряюще! - Просто словами не передать, до чего ободряюще. Чтобы спуститься на первый этаж, я вхожу в кабину одного из главных лифтов. В не

Кан Дэид / Взломщики кодов

ким образом восстановить господство римской Церкви. Многие годы Мария прожила пленницей в английских замках, и все это время Уолсингем настойчиво искал возможность раз и навсегда покончить со смертельной угрозой, которую для королевы Елизаветы представляла Мария. Такая возможность представилась в 1586 г. Бывший паж Марии Энтони Бабингтон приступил к подготовке заговора. Вовлеченные в заговор придворные должны были убить Елизавету, организовать широкое восстание католиков в Англии и короновать Марию. Бабингтон также заручился поддержкой Филиппа II, который обещал прислать войска на помощь, как только Елизавета будет мертва. Чтобы получить согласие Марии, Бабингтон был вынужден вступить с ней в переписку. Эта задача была не из легких. Мария была отреза

Баркер Клайв / Повести и рассказы

нного, в этом она давно убедилась. Она в своей жизни наблюдала уже достаточно глаз, говоривших ей именно об этом; изучила все уловки мужчин, применяемые ими, чтобы избавиться от нее, такой бесцветной и скучной, под удобным предлогом от: "Извините, я, кажется, видел, там пришел мой бухгалтер", до передачи на ее попечение какого-нибудь бедолаги, упившегося вусмерть. Но Рори настоял, чтобы она пришла на новоселье. Несколько только самых близких друзей, обещал он. Она ответила "да", прекрасно понимая, какая в случае отказа ее ждет альтернатива: хандрить в одиночестве дома, проклиная себя за трусость и нерешительность и вспоминая милое, такое бесконечно милое лицо Рори. Но вечеринка, вопреки ее ожиданиям, оказалась вовсе не столь мучительной. Было всего д

Бенчли Питер / Бездна

ри, вы изучаете ее весьма тщательно. - Я исследую сосуд, а не его содержимое. Жидкость имеет желтый цвет, но меня это не удивляет. Стекла Рейнхардта часто придавали свой цвет жидкостям. - Таппер вернул Гейл ампулу. - Очень хороша. Я готов предложить вам за нее двадцать долларов. - Двадцать долларов! - сказал Сандерс. - Но это... - Я знаю. Это кажется большой суммой. Но, как я уже сказал, в нашем маленьком коллекционном бизнесе существует довольно сильная конкуренция. Я был бы чрезвычайно рад стать первым, кто приобрел стекло работы Рейнхардта. Честно говоря, эта вещь стоит не более десяти долларов, но, предлагая вам двадцать, я знаю, что большинство других не смогут заплатить вам так много. Кто-нибудь вроде вашего знакомого Слэйка вряд ли сумеет выложить