Книги в электронном виде

Михаил Чельцов / Воспоминание смертника

ал, и, вероятно, со всех светских спустили брюки и оставили в одном нижнем белье. Обыск такой цинично-бесцеремонный, да еще после обыска только два дня назад бывшего в 1-м исправдоме, произвел на меня самое гнетущее впечатление. Ну, думалось, по такому началу, нельзя ожидать ничего доброго на Шпалерке. А тут в довершение тяжести душевной вдруг снизу послышался чей-то горький жуткий плач- крик, как будто кого-то били, а за ним послышались шаги бегущих, и... все вдруг сразу замолкло. Так, пожалуй, здесь и бьют?! А с нами-то, конечно, церемониться не будут, - лезли один за одним досадливые предположения. Со мной покончили обыском прежде других. "Куда его?" слышу спрашивают старшего. Тот посмотрел в какую-то запись и пробурчал: "в четвертый". Это, оказалось, меня нужно было о

ВАДИМ БОЙКО / ПОСЛЕ КАЗНИ

делах после смены. Потерпи... Молча дошли до забоя проходки, где после выпала взрывчатки громоздились огромные глыбы породы, перемешанные с углем. За первую половину смены мы не обмолвились и словом. Во время перерыва, протянув мне кусок сыра, Стасик только сказал: - Ешь, малыш, набирайся сил. Смена закончилась. Нагель поспешил к стволу. Мы остались вдвоем и могли говорить без опасения быть услышанными. Однако Стасик не доверял тишине и безмолвности штрека. Еще недавно беспечный и безразличный к собственной судьбе, мой друг стал собранным и осторожным. По его знаку я пошел вслед за ним к нижнему штреку, затопленному водой. Тут начинались перекрытые завалами, мертвые лабиринты шахты. Посветив лампой, Стасик выбрал сухое место, и мы сели на мягкую осыпь поро

Нина Берберова / Курсив мой

ня никакого смысла, кроме одного: в квартире вдруг оказывался центр, где надо было быть, вместо того чтобы быть свободной и одной, сидеть то на подоконнике под шторой, рассматривая на стекле морозные узоры (всегда прельщавшие аллитерацией), то у себя за столом, то под столом, то на кухне, где раскладывался пасьянс "Могила Наполеона", - словом, надо было сидеть и смотреть, как горят свечи, и делать вид, что любуешься ангелами и ждешь подарков (радость доставляли только неожиданные), то есть делать то, что, по моему тогдашнему пониманию, приводило взрослых в состояние совершенно непонятной И чем-то неприятной мне искусственной экзальтации, какая находила на этих людей также при чтении вслух Апухтина или при слушании цыганских романсов. Зато какое бывало счасть

Петр Беляков / В прицеле Бурый медведь

- Сайгаки в этой степи водятся. Быстры как стрелы. Осенью охотиться на них разрешено. Охотиться на сайгаков - одно удовольствие! Особенно лунной ночью. Глаза у этих антилоп горят, как звезды. А сайгаков, как и звезд, много. Вся степь в фосфорических огоньках, будто кто небо опрокинул. Он, сайгак, такой. Первым вожак бежит, а за ним все стадо сайгачье... А вкусно сайгачье мясо. Вкусно! - Ну, убедили, - соглашается Володя Спесивцев. - Побьем врага - приезжай в гости, - приглашает Саранов. - Хорошо отдохнешь. Здоровья наберешься. Рад будешь. Дует ветер. Холодный, пронизывающий. Катит по земле сырые шары перекати-поля. А в воздух взлетает команда: - Шагом марш! Недалеко Элиста! Политрук Селютин знакомит нас с жизнью легендарных героев гражданской войны Ивана Коч

Юрий Анненков / Анна Ахматова

Исаак Бабель / Конармия

м вызывает начдива на совещание в Козин. 7 верст. Еду. Пески. Каждый дом остался в сердце. Кучки евреев. Лица, вот гетто, и мы старый народ, измученные, есть еще силы, лавка, пью кофе великолепный, лью бальзам на душу лавочника, прислушивающегося к шуму в лавке. Казаки кричат, ругаются, лезут на полки, несчастная лавка, потный рыжебородый еврей... Брожу без конца, не могу оторваться, местечко было разрушено, строится, существует 400 лет, остатки синагоги, великолепный разрушенный старый храм, бывший костел, теперь церковь, очаровательной белизны в три створки, видный издалека, теперь церковь. Старый еврей - я люблю говорить с нашими - они меня понимают. Кладбище, разрушенный домик рабби Азраила, три поколения, памятник под выросшим над ним дерево

Чжао Цзиньсян / Парящий журавль

и 8 чудесных каналов. Гимнастика также привлекает космическую энергию (ци космоса) для регулирования инь - ян в теле и пополнения его истинной ци. Например, каждый раз при движении "двойной возврат ци" во время "собирающей работы" ["собирающая работа" - завершающие движения комплекса или его части] в каждой части "динамической работы" при прохождении пронизывающей ци (гуань ци) # в "поле пилюли", принимая ци и вводя ее в грудь и т.п., как раз и привлекается ци космической природы для пополнения истинной ци тела. В первой части комплекса "Парящий журавль", "Гармоническое единение шести сторон", имеются "соединение с Небом и единение ян", "соединение с Землей и единение инь", при этом ян Неба соединяется с точкой "сто встреч" (байхуэй, на макушке), # а инь Земли -

Олег Воробьев / Вехи

сударственность не обнаруживает пока признаков обновления и укрепления, которые для нее так необходимы, и, как будто в сонном царстве, все опять в ней застыло, скованное неодолимой дремой. Русская гражданственность, омрачаемая многочисленными смертными казнями, необычайным ростом преступности и общим огрубением нравов, пошла положительно назад. Русская литература залита мутной волной порнографии и сенсационных изделий. Есть от чего прийти в уныние и впасть в глубокое сомнение относительно дальнейшего будущего России. И во всяком случае, теперь, после всего пережитого, невозможны уже как наивная, несколько прекраснодушная славянофильская вера, так и розовые утопии старого западничества. Революция поставила под вопрос самую жизнеспособност

компютер / KEYBOARD

РЕКЛАМА НОМЕРА / Чудодейственные диеты

, как Ильин, чьи достижения не просто реальны, но и научно обоснованы, сомневаться, на мой взгляд, просто кощунственно. Он ведь не из разряда людей, просто знающих "от чего трава". Ильин проник в механику этих процессов. За его знанием (!) - многочисленные опыты на животных, серьезнейшие многолетние исследования. И еще об одном хочу сказать. Бюрократов от медицины (а и среди нас таковых немало) смущает, что Ильин по базовому образованию не врач, а фармаколог. Но примеров того, когда медики с неврачебной подготовкой блестяще лечили, немало. И разве больше гарантий у пациента, легшего на стол к хирургу, который впервые самостоятельно взял в руки скальпель? Увы, этот парадокс пока не преодолен: начинающий медик, обладающий дипломом,

ппппп / МОЙ ВЗГЛЯД НА ИСТОРИЮ

ответ на него. Когда мы спрашиваем себя: "Повторяется ли история?" - действительно ли мы не имеем в виду ничего, кроме того, что "история в отдельных случаях в прошлом повторялась"? Иди нас интересует, управляется ли история непреложными законами, которые не только дсйсгвовали в каждой из подобных ситуаций, но и приложимы к тем си-чуацням, что могут возникнуть в будущем? При такой интерпретации слово "может" означает фактически "должно"; при другой трактовке это означало бы "может быть". В этом случае автор данной статьи может с таким же успехом сразу раскрыть свои карты. Он отнюдь не является детерминистом при разгадке тайны человеческой жизни. Он считает, что, пока есть жизнь, есть надежда и что с Божьей помощью человек - хозяин своей судьбы, хотя бы отчасти, хотя бы

Всеволод Овчинников / Ветка сакуры

я над Японским морем, и приносят на северо-западное побережье Японии самое большое в мире количество снега для этих широт. Сочетание муссонных ветров, теплого морского течения и субтропических широт сделало Японию страной своеобразнейшего климата, где весна, лето, осень и зима очерчены чрезвычайно четко и сменяют друг друга на редкость пунктуально. Даже первая гроза, даже самый сильный тайфун приходятся, как правило, на определенный день года. Японцы находят радость в том, чтобы не только следить за этой переменой, но подчинять ей ритм своей жизни. У их исследователей существует даже своеобразное определение японской культуры как "фольклора четырех времен года". Став горожанином, современный человек во многом утрачивает свой контакт с природой. Она уже почти не влияет