Книги в электронном виде

Маркович Дан / Паоло и Рем

тебе, вот и все". И он изобразил главного героя - жалкую фигуру с торчащим слабым животом, падающей головой, спутанными редкими волосами... потом несколько фигур в лохмотьях, двух женщин в углу картины, пучеглазых и лобастых, все местный народец... толстяка трактирщика с вечно расстегнутыми штанами - Рем поместил его изображение в нижнем левом углу, почти у рамы. Трактирщик заказал картину, обещал купить. Это было интересно, необычно, у Рема никогда еще не покупали. Его картины имели отвратительный вид - кривые подрамники, неровные края холста, Рем обрезал его старыми тупыми ножницами... нитки, смоченные клеем, жесткие и ломкие, вызывающе и грубо торчали по краям... А беловатые пятна то здесь то там? - следы белил, пролитых в темноту, он не

Мартышев Сабир / Две Тани

или о себе во весь голос. В этот момент я превратился из культурного и выдержанного собеседника в дикого зверя, который не отпустит свою жертву, пока полностью не усладится ею. Я не знаю, откуда во мне эта черта, но факт остается фактом - когда дело доходит до плотского, я не могу контролировать себя. Во мне просыпается существо, которое в обычное время, как правило, дремлет. Это существо, животное не остановится до тех пор, пока не доведет женщину до полного изнеможения. Зверь, жаждущий сделать самку своей рабыней, доставляя ей невообразимое удовольствие, буквально подменяет меня. Может быть, ласковый и нежный, но все же зверь. Я стянул с нее маечку и отбросил ее в сторону. Едва касаясь Таниного тела, мои пальцы скользнули по ее подборо

Маршалл Алан / В сердце моем

л«п, ЇаЁЄЁ­г« ҐЈ® ўҐб. - ЌҐ е®вҐ«®бм Ўл ¬­Ґ ¤ «ҐЄ® ­ҐбвЁ ҐЈ®, - бЄ § « п. - ’殮« п ивгЄ . ‚л зв®, ўбҐЈ¤  ў Їа ў®© агЄҐ ­®бЁвҐ ўҐйЁ? - „ , - ®вўҐвЁ« ®­. - Ђ ўл? - џ ЇаҐ¤Ї®зЁв о ¬Ґ­пвм агЄг, ­® б «Ґў®© г ¬Ґ­п ­Ґ« ¤­® Ї®«гз Ґвбп. Ћ­  г ¬Ґ­п ®ввпЈЁў Ґвбп ўбҐ ­Ё¦Ґ Ё ­Ё¦Ґ, Ё ў Є®­жҐ Є®­ж®ў п б ¬ бҐЎп Ї®¤иЁЎ о. - Ђ п ўзҐа  §¤®а®ў® а биЁЎбп, - ®­ бЄ § « нв® ў®ўбҐ ­Ґ б 楫мо ўл§ў вм ¬®Ґ б®згўбвўЁҐ. - Џ ¤Ґ­Ёп ў ­ иҐ© ¦Ё§­Ё ­ҐЁ§ЎҐ¦­л, Ё ¬л ®в­®бЁ¬бп Є ­Ё¬ бЇ®Є®©­®. Ќ® Ї®бЄ®«мЄг Ї ¤ Ґим ўбпЄЁ© а § Ї®-­®ў®¬г, нв® ўбҐЈ¤  Ё­вҐаҐб­®. - Љ Є ¦Ґ нв® Їа®Ё§®и«®? - џ 襫 Ї® ЃҐаЄ-бваЁв, з б®ў ў Їпвм, §­ ҐвҐ, Є Є п в ¬ ў нв® ўаҐ¬п в®«ЄгзЄ . ’®«Їл ¦Ґ­йЁ­, Ё ўбҐ ®­Ё ­Ґбгвбп ­  ⥡п. џ Ё в Є ўЁ«п« Ё нв Є. Ќ® ®¤­  ¦Ґ­йЁ­  ўбҐ-в ЄЁ § жҐЇЁ« бм ­®Ј®© §  ¬®© Є®бвл«

Маршалл Алан / Это трава

шел за девушками в коридор и вскоре вернулся. - Спи! - сказал он. - Они больше не придут. Я потушу свет. Кучер погасил лампу и спокойно сказал: - Завтра ты перейдешь в мою комнату. Потом он вышел и закрыл за собой дверь. Я почувствовал себя состарившимся на много лет. То, что я узнал в этот вечер, казалось, навсегда отняло у меня беззаботную юность. "Теперь, - думал я, - я знаю все о мужчинах и женщинах. Я знаю такое, что никогда не смогу повторить. Остаток своей жизни, - думал я, лежа в постели в темноте, - я должен посвятить писанию книг, которые вложу все свое знание жизни; я разоблачу пороки, о существовании которых большинство людей, конечно, и не подозревает. Я разоблачу всех негодяев, подонков, которых увидел в этом каба

Маршалл Алан / Я умею прыгать через лужи

быть, потому, что он был добр и услужлив не из сострадания, а из страха. Ему грозила опасность потерять руку, - но ведь милосердие божие велико, и господь не оставит того, кто помогает больным. Мик, ирландец, лежавший наискосок от меня, всегда отказывался от его услуг, хотя и самым дружелюбным образом. Как-то раз, когда тот отлучился из палаты, Мик сказал - Он словно собака, приученная к поноске... Всякий когда он подходит ко мне, меня так и подмывает бросить палку, чтобы он принес ее обратно. Этот больной никогда не лежал в постели спокойно, а вертелся с боку на бок, садился и снова ложился. Он то и дело взбивал свою подушку, поворачивал ее и так и этак и хмуро поглядывал на нее. Когда наступал вечер, он брал со своей тумбочки маленький молитвенник. В

Матрос Лариса / Социологический роман

увствовав, но не желая понять, спросила мать. -- Куда, куда, -- туда! -- произнесла дочь, растягивая звуки. -- Ты что?! Эмигрировать надумала, сейчас, когда я накануне защиты, когда у нас в связи с перестройкой открылись новые возможности? -- Ну, мамочка, посуди сама: у нас нет никаких перспектив. В институте нам не дадут квартиру, так как весь этот дом, который закончат строить еще неизвестно когда, уже распределили, тем, кто приехал раньше нас. Новое строительство заморожено, так как у института нет никаких денег. Купить мы не можем, так как нам прописку не дали, а сейчас не дадут и подавно. Разговоры о приватизации жилья, о продаже его -- пока только разговоры. Но если дело даже дойдет до этого, то кто нам его продаст. Уже ходят слу

Медведева Наталия / Ночная певица

о используют фонограмму! То есть обманывают зрителя!!! Как действует такой тип женщины, постоянно мелькающий на экране ТВ, на мужчину? Сначала, видимо, восторгает - вот это баба, думает он. И главное, своя в доску, хоть и на сцене! Вон, посадила к себе на ляху лейтенанта, а?! (И. Аллегрова). С другой стороны, если вспомнить вид наших мужчин, так сказать среднестатистических обывателей с авоськами или картонными дипломатами, задохликов в сандалиях образца пятидесятых годов, то такая "баба" не может не пугать. Мужичонка должен ощущать себя подавленно, импотентно, желая убежать от греха подальше, пока она его не задавила в своих "патронских" объятиях. Такие женщины всегда амазонки, всегда наверху. Управляют, погоняют, говорят, что и как де

Метерлинк Морис / Мудрость и судьба

его сумерек. Слишком легко предвидеть то, что следовало бы сделать, когда знаешь все, что было сделано. И нас также, среди наших тревог и колебаний, в нашем незнании долга, нужно будет судить, стараясь отыскать следы наших последних шагов на песке того небольшого бугра, с которого мы старались прозреть будущее. Разве мы знаем лучше Людовика XVI, как следует поступить в настоящую минуту? От чего следует отказаться и что следует защищать? Окажемся ли мы более мудрыми, чем он, в наших колебаниях между правами человеческого разума и правами обстоятельств? Добросовестное сомнение не носит ли часто характера долга? Тем не менее, пример злополучного короля может научить нас важной истине: именно тому, что в случаях великих и благородных сомнений всегда

Метерлинк Морис / Пьесы

и скалы, близко от цветов.) Они здесь!.. Не могу их достать. Они там, где ты. Шестой слепой. Должно быть, это их я собираю. (Ощупью собирает лежащие на земле цветы и отдает их юной слепой.) Ночные птицы улетают. Юная слепая. Кажется, я когда-то видела эти цветы... только забыла название... Но как они болезненны, как хрупки их стебли! Я их почти не узнаю... Наверно, это цветы мертвых... (Втыкает асфодели себе в волосы.) Самый старый слепой. Я слышу шорох твоих волос. Юная слепая. Это цветы... Самый старый слепой. Мы никогда не увидим тебя... Юная слепая. Я сама себя не увижу... Мне холодно. В лесу поднимается ветер. В то же мгновение явственно слышится рокот волн, разбивающихся

Мирошник Дмитрий / Рассказы

втра рабочий день. С утра - вкалывать... - Нет, я о вечере. О чем будем говорить? Что делать? Светлана ответила, помедлив: - Сначала надо решить, будет ли у нас с тобой завтра... - Я не вижу логики в твоих словах. Сказавши "А", надо сказать и "Б". Правда, если вам это "А" не понравилось... - Нет, ты меня не понял. "А" мне понравилось, я уже говорила. Завтра - это наши отношения, перспектива, так сказать... - Перспектива? Самая радужная! И не может быть иначе, если мы нравимся друг другу. - И опять ты прав! Ладно, иди ко мне, старый развратник, быстро! - Поднять паруса! Все по местам! Пушку к бою!... ......................................................................... И опять, после очередного утоления, они вели ра

Мисима Юкио / Маркиза де Сад

зве нет? И злодейство и несчастье подобны заразе - люди в ужасе шарахаются от них, боятся, как бы болезнь не перекинулась. Но зато нет для людей более лакомых тем для пересудов, чем эти две. Мое несчастье за шесть лет достигло вершин, которые не уступят злодейству Альфонса. Я много думала об этом. Я одна понимала, чувствовала всем своим существом, как беспредельно одинок он там, в темнице! Каких бы чудовищных деяний Альфонс ни творил, сколько бы женщин и мужчин ни втянул он в свои бесчинства, ему не достичь того, чего он жаждет, ибо жаждет он невыполнимого. Он всегда будет один. И он никогда никого не любил... Тебя тоже. АННА. А тебя? РЕНЕ. Наверное, нет. Потому-то мы, должно быть, всякий раз и миримся так быстро. АННА. Ну да, а сама уверена, что

Митин Василий / Тропинка в жизнь

знакома с матушкой? - Еще до войны. А как началась война и стали ловить дезертиров - братьев наших, тут я и пригодилась. А ты-то как завела знакомство со старицей? Муж-то у тебя ведь коммунист. - Нет у меня мужа, на войне погиб. Одинокая стала я. - Я привыкла с малых лет к одиночеству. - И тебе не бывает грустно одной? - Раньше бывало, а нынче нет. Вот почитай, - и достала из-под подушки тетрадь, а в ней стишки, написанные от руки печатными буквами. - Где ты такие стишки выкопала? - Мне их дала матушка для душевного успокоения. Как нападет тоска и томление, я за тетрадочку, и все проходит. Я многое наизусть выучила. Старице передай, что недавно арестовали двоих братьев, дезертиров Павла Кувшинова и Гришку семкинского. Оба на допросах молчали, как исти