Книги в электронном виде

Чопра Дипак / Семь духовных законов успеха (Практическое руководство по осущес

ти и возможности управлять дру- гими людьми, вы растрачиваете свою энергию. Даже когда вы добиваетесь денег и власти ради своего эго, вы тратите энергию в погоне за иллюзией счастья вместо того, чтобы наслаждаться счастьем настоящего момента. Если вы ищете денег только ради личной выгоды, вы перекрываете поток энергии к себе и мешаете выражению разума природы. Но когда вашими действиями движет любовь, не может быть зря растраченной энергии. Когда вашими действиями движет любовь, ваша энергия накапливается и умножается, - и та избыточная энергия, которую вы накопили, может быть направлена на создание всего, что вы захотите, включая неограниченное богатство. Вы можете рассматривать свое физическое тело как устройство для управления энергией: оно может генерировать, хран

ЧЕКАВА ЕШЕ ДОРДЖЕ / Тренировка ума по семи пунктам

остей может служить: "Пусть все злые действия других созреют как моё страдание, пусть все мои добродетели созреют как счастье других". Это то, что всегда произносили мастера Кадампа. Эти строки хорошо повторять в послемедитационные периоды. Сверх того, такая молитва ещё более полезна, когда она совершается перед драгоценным объектом, таким как Джово Ринпоче41 в Лхасе или в присутствии ламы. Если мы делаем так, бодхичитта определённо созреет в нас, и поэтому этой практике следует посвятить много времени и энергии. Начни тренировку последовательно с себя. Нужно думать следующим образом: "Пусть все мучения, предназначенные мне в будущем, жар и холод адов, голод и жажда голодных духов, придут ко мне сейчас. И пускай все омрачения, карма и загрязнения, застав

Уэлш Ирвин / Вечеринка что надо

ский. А я работала в шотландском Королевском банке. Центральная контора. Площадь Св. Андрея. - Королевский банк: - согласился Круки. - Ага: Королевский банк: - повторил он, глядя в её черные глаза. Красивая какая: эти глаза, яркие губы. Помада. Даже на отходняке у него рябило в глазах от её помады. Круки понял: ему нравятся женщины, которые знают толк в помаде. Мишель относилась именно к этой категории. - Пошли с тобой туда, - сказала Мишель, потянув его к двери в соседнюю комнату. - Ага:верно:в спальню. Ага, в спальню, - сказал Круки, поднимая кустистые брови. Они встали с пола - Мишель легко и непринужденно, Круки несколько неуверенно - и на цыпочках направились в спальню. Круки, заметив, что Кэлум следит за ними, надул губы и нахмурил брови

Бибби Джеймс / [ронан-варвар 3.] Месть ронана

м занавесом свисали из его живота, было очевидно, что он все еще жив. Грудь его мучительными рывками вздымалась и опадала, а одна заляпанная кровью рука слабо и безрезультатно скребла мохнатое горло его мучителя. Существо внимательно к ним пригляделось и будто бы даже улыбнулось. - Гос-с-сть! - прошипело оно. - Гос-с-сть! - Затем жуткая тварь ухватила директора за руку и пошире раскрыла пасть. Ронан с Тусоной в ужасе наблюдали, как пара длинных клыков словно на шарнирах выдвигается вниз из-за ряда зубов и нежно, почти с любовью, кусает руку. Несколько секунд вроде бы ничего не происходило, а затем плоть вокруг двух проколов начала стремительно багроветь, и рука набухла чуть ли не вдвое против своего первоначального размера. Директор судорожно задергался и забился, и

Мазюк Сергей / Стрелок

уках длинным коридором, ей было тяжело, ведь его уже называли "большим мальчиком", и на вопрос о возрасте он гордо отвечал: "Восемь с половиной". Но она не могла иначе, потому что Володя был единственным, кто у неё остался, он был последним звеном, связывающим её с миром. Лица проходивших мимо людей были разными. У одних - боль и ненависть, у других - удивление и лёгкая надежда, у третьих - отстранённость и обречённость. Но у всех, у каждого, в глазах метался крик: "Всё погибло... Ничего не вернуть...". Крохотная комнатка - куб со стороной 2.5 метра - дом, зал двадцать на тридцать шагов - двор, пятьдесят три незнакомых человека - соседи и друзья... Просыпаться было мучительно больно. Стрелку казалось, что череп рассыпается в пыль, и мозги тяжёлыми влажными ку

Каверин Вениамин новиков Юрий / Книга о Тынянове

говоры были другие — не медицинские, а главным образом о детях. У них дочь и сын тоже учились во Пскове. Дочь — гимназистка, сын — реалист. Уютно устроившись в кресле, Якобсон брал меня за руку, притягивал к себе и говорил: — Ну, скоро твой мальчик приезжает? Ты рада? Я молча кивала головой. Вообще я была стеснительна и неразговорчива, добиться от меня хоть слова было нелегко. «Ты что, язык проглотила?» — этот вопрос мне приходилось слышать частенько. — Ну, пожалуйста, дай нам стихи почитать,— уговаривал меня Якобсон.— Юша не рассердится, уверяю тебя. Но я только упрямо мотала головой и молчала. Отчаявшись, гость отпускал меня, и я спешила спастись в свою комнату... Как великодушен и терпелив был по отношению ко мне Юша, я поняла лишь позднее. Вспоминается мне, как я,

МАКОВСКИЙ С. / Портреты современников

6es боя, Лишь на глаз по наклонам луча Тени в пламя сбегут голубое [«Свечку внесли»] «Содержание нашего «я» не только зыбко, но и неопределимо,— говорит Анненскии в очерке, посвященном Бальмонту,— и это делает людей, пристально его анализирующих, особенно если анализ их интуитивен,— так сказать, фатальными мистиками». Я бы назвал «мистическим безбожием» это состояние духа, отрицающее себя во имя рассудка и вечно настороженного к мирам иным,— если бы не боялся слишком резкого соседства этих слов. Но иначе, пожалуй, не скажешь. И как удивительно сочеталось в нем ощущение Тайны с рассудочным низведением духа человеческого на ступень имманентной призрачности и, вместе, с почти истерической чувствительностью и таким самоутверждающимся сознанием своего поруганного «я»! Ан

ОДОЕВЦЕВА Ирина / На берегах сены

обще в свою смерть не верю. По недомыслию не верю. Не могу себе представить. Не верю, в сущности, все так же, как в девятнадцать лет на берегах Невы. Я износился главным образом снаружи, а не внутри. Зато снаружи...— Он вдруг начинает смеяться.— Я каждое утро, когда бреюсь перед зеркалом, повторяю, глядя на себя,— я ведь после сна весь в мешках и морщинах, одутловатый, с кругами под глазами и желтый: «Как вы молоды! Может ли быть, чтобы старость играла в прятки?» — Действительно! Как я молод! До чего вы мне польстили в вашем стихотворении! Но я спорю, я не соглашаюсь, и это ему явно приятно. — А седых волос у меня, правда, и сейчас мало. Хотя волос и вообще мало, и все меньше.— Он проводит рукой по гладко причесанной голове

Ходасевич Валентина / Воспоминания

д, решив бросить свою профессию, открыл магазин фотографических принадлежностей в Москве. В тяжелые времена дед заметил у старшего сына (моего отца) любовь и способности к рисованию Он стремился пресечь это, боясь, что сын будет влачить такое же жалкое существование, как и он сам. Мой отец рассказывал, как нещадно он бывал бит, когда дед обнаруживал, что его учебники и тетради испещрены рисунками. После порки ремнем дед гнал сына по лестнице на чердак, бросал ему веревку и говорил: «Иди и там удавись — я не хочу пачкать руки!» Попав на чердак, отец падал на пол — у него было ощущение, что он летит куда-то, терял сознание... Впоследствии выяснилось, что это были припадки эпилепсии, которыми отец страдал потом всю жизнь. Я помню деда и бабушку в их небольшой квартирке в

Шкловский Виктор / Гамбургский счет. (Эссе, статьи, воспоминания)

сбылись. «У Вас не выйдет роман «Последний из удэге»,— говорил он в «Письме Фадееву» (с. 420). «Юрий Олеша написал роман,— сообщал он читателям в 1933 г. и добавлял: — И пишет сейчас черновики к роману» (с. 480). Фрагментарность, повторяемость вновь и вновь разрабатываемых ситуаций, отсутствие завершенных вещей в последующем творчестве Олеши были угаданы верно. Считая А. Грина в тридцатые годы писателем литературно «мертвым», Шкловский, однако, предрекал ему будущее «писателя, которого будут читать, у которого будут учиться» (с. 473). Даже в его несбывшихся прогнозах оказалось много справедливого. «Южнорусская школа1,— написал он тогда же,— будет иметь очень большое влияние на следующий сюжетный период советской литературы. Это литература, а не только материал для мем

Берд Джулия / Мой прекрасный лорд

ними всегда существовала тонкая душевная связь. И, что более важно, доктор не прислушивался к мнению других. Вместе они обязательно изобретут способ сохранить наследство. Мысленно она уже представляла развязку этой маленькой драмы. Она выйдет замуж до конца недели, даже если единственный мужчина, которого она сможет найти для этой цели, будет преступником из самых страшных лондонских трущоб. Глава 4 Пару часов спустя, войдя в библиотеку, доктор Кавендиш с довольным вздохом опустился в кресло перед камином. Десятки книг, тускло сверкая темно-красными, зелеными, коричневыми и золотыми корешками, выстроились на полках, тянущихся вдоль стен. Пол устилал дорогой темно-красный ковер, а стены наполовину закрывали дубовые панели. Комната мало изменилась с

Евпланов Андрей / Змеюка на груди

ак убивать людей: распять на батарее и оставить умирать с голоду". И тут ему в голову почему то пришел анекдот. Встречаются раввин и католический прелат. Раввин из вежливости спрашивает: - Как дела коллега? - Да ничего, - отвечает прелат, - вот дали новый приход побогаче прежнего. - Как, и это все? - Ну почему же, если я буду заботиться о пастве и хорошо молиться, меня могут сделать епископом. - И это все? - Если я буду еще лучше заботиться о пастве и усердно молиться, меня могут произвести в архиепископы. - Но теперь таки все? - Могу стать кардиналом. - Хорошо, а дальше? - Папой Римским. - Ну, знаете, не могу же я стать богом... - Вот как, а у нас один таки стал. "Ну нет, такая перспектива мне не г