Книги в электронном виде

Квари Артур / Хищник 2-3

ак не мог уразуметь смысла происшедшего. Эта бойня вообще казалось ему бессмысленной. Да и от чьей руки умерли эти люди? - Возможно, их тут кто-то поджидал, - сказал он. - Но кто? - спросила Леона. - Быть может, это банда с Ямайки? - Как и Хэрригэн, она подумала о давнем соперничестве между двумя наиболее сильными группами по сбыту наркотиков не только в Лос-Анджелесе, но и в других городах страны. - Это не их стиль, - возразил Хэрригэн, - да и куда же, к чертям собачьим, они тогда подевались? Вопрос был уместный. Если соперничающая банда проникла в штаб "скорпионов" и устроила в нем засаду, значит, когда "скорпионы" отступили после перестрелки на улице, те находились внутри здания. Как же в таком случае им удалось так б

Келлерман Бернгард / Туннель

более смешного! Эх вы, мужчины! На свете нет более неестественного существа, чем Этель Ллойд, Мак! Ее естественность - это ее величайшее искусство. Поверь мне, Мак, Этель очень хитрая, кокетливая женщина, и у нее рассчитано все. Ей хотелось бы околдовать всех мужчин. Поверь мне, я ее знаю. Ты обратил внимание на ее глаза сфинкса? - Нет! - Аллан говорил правду. - Нет?.. Она как-то сказала Мэбел Гордон: "Все говорят, что у меня глаза сфинкса". А ты находишь ее наивной! Боже мой, она ведь ужасно тщеславна, эта красавица. По меньшей мере раз в неделю ее портрет появляется в газете. "Этель Ллойд сказала то, Этель Ллойд сказала это". Она день и ночь рекламирует себя, совсем как Хобби. Даже своей благотворительностью она

Ким Ньюмен, Юджин Б / В свободном полете

рой он якобы добывал пропитание разработкой фасонов бюстгальтеров, но это просто смешно, хотя как раз такая работа наверняка пришлась бы ему по душе, поскольку позволяла бы постоянно думать о женских сиськах. Еще одна история гласит, будто в тридцатых он работал кинорежиссером и нарушил кодекс Арбакла во время съемок авиационной киноэпопеи о спасении нашими асами американских военнопленных из мексиканских лагерей после войны. Неприятности начались у него потому, что он пытался выкинуть из сценария двенадцать страниц политических речей, чтобы заснять побольше самолетов. Впрочем, выгнали его за то, что он обрюхатил дочку партийного цензора и использовал во время съемок боевые патроны, стремясь сделать эпизоды с воздушными боями более реа

Кирпичев Вадим / Трудно быть Рэбой

ого кошмара и ускользнуть в свой уютный диванный мирок. Как он себя поведет? Вот в чем вопрос! Пойманную в чистом поле птичку швырнули в клетку. Птичка возмущенно чирикнула - никто не обратил внимания, лететь - не дают прутья, и тогда она в ужасе начинает биться в ненавистное железо, пока не выбьется из сил. А ведь затосковала бы птичка. Пожалуй, дажеи сдохла бы. А впрочем, кто знает! Потребности молодого тела могут взять свое, глядишь, и вот уже птичка нашла свою кормушку, и только по тоскливому взгляду и отличишь ее от других, рожденных в неволе пернатых. В том-то все и дело, что психология этих прогрессоров - совершенно темный лес. Святой Мика! Разобраться в ней гораздо сложнее, чем в психологии негуманоидных цивилизаций. Конечно, прежде вс

Кларк Артур / Большая глубина

заложило уши; он прикинул, что они сейчас футов на двадцать ниже уровня моря. В ярко освещенном эллинге хранилось различное подводное снаряжение - от обычного акваланга до хитроумнейших двигательных устройств. Заказанные Доном торпеды лежали на тележках на аппарели, которая уходила в недвижимую воду в конце эллинга. Они были покрашены в ярко-желтый цвет, отличающий все учебное оборудование. Дон неприязненно посмотрел на них. - Да, уже года два, если не больше, как я ими не пользовался, - сказал он Франклину. - У тебя это, наверно, получится лучше, чем у меня. Я предпочитаю обходиться без механизации, когда иду под воду. Они разделись, оставшись только в плавках и свитерах, навесили на спину дыхательные аппараты. Дон дал в руки Франклину небольшой, но

Кларк Артур / Земной свет

друга, оценивая, строя догадки, пытаясь преодолеть пропасть, отделяющую каждого человека от всех его ближних. А затем раздался пронзительный звон - автоматический спектрометр закончил порученную ему работу. Все напряжение разом исчезло, они вернулись в обычный, повседневный мир. Момент, который мог привести к совершенно непредсказуемым последствиям, поколебался на самой грани бытия - и снова канул в забвение. 4 Садлер заранее знал, что никак не может рассчитывать на собственный кабинет, в лучшем случае ему дадут стол в каком-нибудь углу бухгалтерии - так оно и случилось. Ничего страшного, и то слава Богу; он изо всех сил старался доставлять окружающим как можно меньше забот, не привлекать к себе излишнего внимания, да и вообще сидеть

Кларк Артур / Пески Марса

- А разве мы сейчас плохо передвигаемся? - Когда пробудете с мое в космосе, - мрачно сказал Скотт, - поймете, что плохо. У нас тут хоть есть за что держаться. А представьте себе, что вы должны пройти всю пустую комнату. Вы знаете, на что обычно жалуются космические врачи? На вывихи. Можно даже застрять в воздухе. Я, например, застрял на Третьей станции, в большом ангаре. Ближайшая стена была в пятнадцати метрах, и я не мог до нее добраться. - А вы не могли плюнуть? - важно сказал Гибсон. - Я думал, так обычно выходят из затруднения. - Попробуйте. И вообще это негигиенично. Знаете, что мне пришлось сделать? Я был, как всегда, в одних шортах. И вот высчитал, что они составляют примерно одну сотую моей массы и, если я их отшвырну со

Клейн Жерар / Боги войны

- На мой вкус, она слишком декадентская. - Догадываюсь, что вы предпочитаете войну - жизнь жестокую и грубую. Может, и здесь вы найдете что-нибудь похожее на это, Жорж. - И любовь, - с сарказмом добавил он. - Почему бы и нет? Она прикрыла глаза и ждала, приоткрыв губы. Корсон сжал кулаки. Он не встречал другой такой притягательной женщины, даже во время своих отпусков в центрах отдыха. Отбросив воспоминания, он шагнул к женщине и обнял ее. 8 - Я не думала, Жорж, что ты можешь быть таким нежным, - сказала она сдавленным голосом. - На вашей планете всех чужеземцев так принимают? - В его голосе звучало глухое раздражение. - Нет, - ответила она, и в уголках ее глаз он заметил слезы. - Нет, наши обычаи, конечно, очень свободны... п

Клейн Жерар / Звездный гамбит

тлета. Попав в холодный и безликий космопорт, можно было считать, что ты уже в полете. Порт выглядел чуждым городу инородным телом, упавшим с небес метеоритом, который зарылся глубоко в землю планеты, и та едва мирится с его присутствием. Алган все еще иногда чувствовал себя жителем Старого города и ощущал, что в порту он пленник. И это ощущение было не из приятных. - Вы очень странный человек, - сказал Алгану психолог. Они стояли на самом верху башни и разглядывали порт, живший своей лихорадочной жизнью, - с ревом стартовали небольшие суда, обеспечивавшие местную связь, величественно взмывали вверх тяжелые ракеты. - Думаю, что на заре Освоения таких людей было много. Это были люди, привязанные к родному миру, которые видели в освоен

Клемент Хол / Барлеман 1-3

ми он разговаривал обычно в тонах, тоже слишком высоких для ушей землян. Возможно, Лэкленд этого еще не заметил, а даже самый честный торговец хорошенько подумает, прежде чем раскроет перед партнером все свои преимущества. - Но я думаю, и Чарлз немного научился нашему языку, пока наблюдал и слушал нас при помощи аппарата, который находится сейчас на "Бри". - Очень немного, - признался Лэкленд. - Должен сказать, у тебя на редкость хорошо обученная команда. Ведь большая часть повседневной работы на борту производится без всяких приказаний. А из разговоров, которые ты иногда ведешь со своими матросами и которые никакими действиями не сопровождаются, ничего понять невозможно. - Ты имеешь в виду мои разговоры с Дондрагмером или с Меркусом? Да

Клименко Михаил / Ледяной телескоп

ущей, голос самого низкого регистра - понятно, органы его речи не могли издавать колебания с такой же частотой, как и обыкновенный человек. Наши слова он воспринимал почти как писк. Да и сила звука нашего голоса была для него почти на пороге слышимости. Поэтому-то и пользовался Кобальский своим рупором. Хотя все, что он хотел сказать исполину, он мог сказать прямо мне, и тот все бы знал. Но Кобальский всячески форсировал самостоятельность моего двойника... Не помню, как оказался я в толстостенной картонной коробке перед ветровым стеклом. Через минуту рядом со мной был и Кобальский. Исполин сел в свой циклопический автомобиль. Завел мотор. Под нами все задрожало. Огромная машина тронулась с места и покатила. Мы с Кобальским с

Клименко Михаил / Отчего бывает радуга

ак я теперь увидел, в отличие от янтарно-шафрановой головы было почти что ниготкового, буро-фиолетового цвета! Из всех, которых я видел, это был пятый человек ниготкового цвета. Лицо у него было мясистое, глаза большие; кудреватая шевелюра ото лба была гладко причесана, а на затылке топорщились барашки. Одет в клетчатый пиджак с внушительными плечами. Спереди на ремне у него висел бинокль, а на боку, скрепленный с фотоаппаратом, болтался огромный телеобъектив. - Здрасьте! - игриво сказал он. - Рад приветствовать своего брата художника! - И он протянул Вадиму руку. - И вас рад приветствовать, - сказал он мне, - хоть вы и пачкун. Так... Что я тут, значит, делаю?.. Сначала в бинокль изучаю ситуацию в широком плане, а потом - щелк! Косули, зайчик